ТОРГОВАЯ ВОЙНА - НЕ САХАР

К газовым конфликтам с Россией мы уже привыкли. В последнее время в той или иной форме они возникают ежегодно. Похоже, к ним прибавляется конфликт сахарный. Он тоже многого стоит. Поскольку сладкий песок – продукт стратегический, одна из продовольственных основ любой страны.

Все началось еще в прошлом году. Россияне тогда начали расследование по поводу ввоза в страну белорусского рафинада. В чем подозревают? В так называемом «сером» экспорте. В нынешнем году претензии приобрели уже вполне конкретный характер. 21 февраля российский министр сельского хозяйства Алексей Гордеев заявил в интервью РИА «Новости» после заседания Международного агробизнесклуба, что жестко предупредит белорусскую сторону: «Если будет поставляться в Россию сахар, вырабатываемый из сахара-сырца, мы вообще должны пойти на закрытие рынка между Беларусью и Россией, чтобы не пользовались разными сахарными режимами…»

Чтобы понять смысл этой угрозы, надобно знать, что наша страна производит рафинад из двух сырьевых источников: из выращиваемой у себя сахарной свеклы и из бразильского, таиландского, кубинского, китайского тростникового сырца. В принципе, чтобы обеспечить сладкой продукцией внутренний рынок, сырец можно и не покупать. Для переработки хватит и своих родных бураков. Тем более, что в минувшем году собран их богатый урожай. Но в том-то и дело, что весь свекловичный сахар можно продать за границу, как собственный продукт. А тростниковый песок законно продать как свой за границу нельзя. Это товар наполовину чужой, так называемый реэкспорт. Отсюда возникла у нас рафинадная стратегия: сами пьем чай и варим компоты и варенье с тростниковым сахаром, а свой свекловичный весь экспортируем и зарабатываем валюту.

Так, кстати, лучше и для предприятий отрасли. Урожай свеклы им необходимо переработать максимум за 105 дней. Иначе она потеряет значительную часть своей сахаристости. Вот и выходит, что без импортного сырца заводам придется простаивать восемь-девять месяцев в году.

Дабы уличить наших экспортеров в том, что, помимо бурачного, они сбывают в Россию еще и тростниковый рафинад, Москва оперирует цифрами Института конъюнктуры агрорынка. Согласно им, в прошлом году Россия импортировала 680 тысяч тонн сахара, причем более 400 тысяч – из Беларуси. В то же время, по подсчетам Института, наша страна произвела из собственного сырья лишь 288 тысяч тонн сладкой продукции. Из-за примерно 120 тысяч тонн рафинада и разгорелся сыр-бор. Кроме того, Москва недовольна тем, что наш товар дешевле российского. Белорусский сахар с прибылью продается по 480 долларов за тонну. А их свекловичник одну себестоимость имеет примерно в 530 «зеленых». Несмотря на то, что российские производители пользуются льготными тарифами на энергоносители, конкуренцию на внутреннем рынке они проигрывают.

На мой взгляд, именно в этом главное отличие «сахарных режимов» двух стран, если пользоваться терминологией Алексея Гордеева. Но Беларусь тут винить трудно. В последние годы она по сути совершила коренную реконструкцию отрасли. Резко увеличены посевы сахарной свеклы. Ее выращивание комплексно механизировано и производится по интенсивной технологии. Модернизированы все четыре перерабатывающие предприятия – в Городее, Жабинке, Скиделе и Слуцке. Из тонны сырья они получают больше продукции, чем прежде. Ниже и затраты на ее производство. Может быть, здесь и следовало бы поискать российскому Институту конъюнктуры агрорынка следы происхождения тех злополучных 120 тысяч тонн рафинада, которые не «вписываются» в расчеты.

Президент Александр Лукашенко считает, что в сахарной войне, которая вот-вот может разгореться, «нет никакой экономики, это необъяснимая политика отдельных людей в России…» Похоже, так оно и есть. В чем убеждаешься, узнав, что еще в прошлом году наша страна выполнила все требования соседей в торговле сладкой продукцией. Беларусь унифицировала с Россией условия ввоза сырца, хотя из-за этого его цена увеличилась для нас более чем впятеро. Запрещена продажа рафинада на рынках, чтобы перекупщики не могли сами вывозить его за границу. С нынешнего месяца экспортом занимаются только производящие сахар предприятия. В этих условиях «схимичить» во внешнеторговых операциях довольно сложно. Тем более, что в прошлом году Россия изменила режим ввоза рафинада из Беларуси. Сейчас он поступает через ограниченное количество пропускных пунктов, а предварительно проходит обязательную экспертизу. Если она показывает, что товар тростниковый, а не свекловичный – партию заворачивают назад.

Ума не приложу – что еще надо? А если что-то и надо, то, как заявила заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия нашей страны Надежда Котковец, «мы готовы помочь российскому аграрному ведомству в наведении порядка с поставками белорусских продуктов». Разумная позиция. Российский рынок терять нельзя. И не только отечественным экспортерам сахара, но и мяса, мясопродуктов, сухого молока, к которым у соседей тоже появились претензии.

Оставить комментарий