ДОРОГА В АМЕРИКУ Жители белорусской деревни требуют вернуть им Америку

Дорога до Америки заняла почти пять часов. Два из них пришлось провести в поезде, пока добирался до узловой станции Орша-Центральная. В нашу белорусскую Америку ни поезда, ни даже автобусы не ходят. О существовании хутора знают лишь местные жители, коим давно перевалило за семьдесят. В 1950 году партийные лидеры переименовали деревню в Краснопольцы.

Смену придорожной вывески жители деревни восприняли стоически. Демонстрации и акции протеста были в то время не в чести. Однако прошли годы, и стало ясно, что новое название не прижилось. Сельчане до сих пор отказываются именоваться краснопольцами и требуют вернуть им Америку.

ЭХ, АМЕРИКА, АМЕРИКА!

Название «Америка» в белорусскую глубинку принес богатый помещик. Задолго до революции русскому барину американского происхождения принадлежало сразу четыре деревни в Оршанском районе. Причем одна из них образовалась стихийно и долгое время не имела названия. Царские картографы даже отказались наносить населенный пункт на карту. В итоге хозяину, который только-только вернулся из американских прерий, пришла идея назвать деревню Америка. Новое имя очень быстро прижилось. Не прошло и года, как всех жителей деревни друзья и соседи стали с гордостью называть американцами. Картографы пожали плечами и, обмакнув в чернила перо, проставили на картах маленькую точку: «хутор Америка». Шло время, и белорусская Америка стала центром торговли и производства. Где-то в 1905 году в ней появился свой скотный двор и маленький спиртовой завод. Последний пользовался огромной популярностью, как у заезжих торговцев, так и у самих жителей деревни. За работу на спиртовом заводе помещик платил очень щедро. За десятидневку крестьяне получали несколько килограммов зерна, овощей, пару метров тканого холста и несколько копеек. По выходным управляющий выдавал рабочим по сто граммов чистейшего спирта. По нынешним меркам вознаграждение, конечно, не ахти какое, но в начале XX века заморского помещика буквально носили на руках. Вот только в деревне пан появлялся редко. Разве что на большие религиозные праздники. Причем приезжал только в Америку. Встречался с сельчанами и говорил, что лучше деревни нет на всей Руси. Крепостные охотно верили. Помещик питал страсть не только к звучным названиям и именам, но и к разным приспособлениям, которые серьезно облегчали работу в поле. В то время как на других панских подворьях крестьяне таскали по весне тяжелые корзины с картошкой, американцев снабдили специальными передниками. В результате ежегодный сев картофеля превратился в маленький праздник. Одним словом, о своих крепостных помещик заботился, как мог. Но затем случилась революция, и властитель земель белорусских был вынужден бежать в Европу. Какое-то время Америка жила по инерции. Крестьяне гнали спирт, работали в поле. До тех пор пока в деревню не пришли большевики…

КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ ПО-АМЕРИКАНСКИ

Время колхозов, совхозов и красного знамени застало американцев врасплох. Никто из них не ожидал, что новая власть заставит их жить в голоде и холоде. Но залетные красные комиссары решили иначе. Миниатюрный спиртовой заводик был прилюдно конфискован, а ухоженные поля и американские угодья объявлены колхозными. Переименовывать деревню большевики не стали. Уж больно трепетно к Америке относились сельчане. День прихода советской власти завершился массовой попойкой, во время которой один из комиссаров едва не спалил всю деревню. Впрочем, о неприятном инциденте все быстро забыли. Первым председателем американского колхоза стал боец Красной армии Иван Тришка. Будучи довольно глупым человеком он заставил сельчан пожалеть об уходе царской власти и изобретательного помещика. Во время его правления американские крестьяне впервые прочувствовали, что такое настоящий голод. Михаилу Калистратычу, нынче единственному старожиле Америки, в тот год исполнилось шесть лет. Любимым лакомством маленького мальчика была картофельная плюшка. Ее готовила мать из промерзших корнеплодов, которые удавалось под покровом ночи стянуть с колхозного поля. Удачный набег был сродни празднику. В обычные дни американцы толкли лебеду, запивая ее пихтовым чаем. В то же время колхоз Америки рапортовал в центр о невиданных урожаях. Вполне возможно, что так оно и было. Все съестное с государственных полей уходило в Москву, Минск и другие крупные города. За отработанные трудодни рядовые жители Америки получали лишь десяток килограммов зерна да охапку льна. О деньгах не могло быть и речи.

- Страшное время было, – говорит Калистратович. В последнее время невысокий, но крепкий старик заметно сдал. Коренной американец разменял вот уже восьмой десяток. Кроме него, смутных времен, поди, никто уже и не помнит. Потихоньку, двор за двором, Америка вымирает. - Изо льна мать ткала одежду. А вот денег на то, чтобы покрасить полотно, не было. Так и ходили все в белом. Денег на хлеб не было. Единственная отрада - когда на свою дачу в Левках приезжал Янка Купала. Летом дети собирали ягоды и носили поэту. За каждое лукошко он платил по 20 копеек. Их едва хватало на хлеб, но все были довольны. А потом пришла война…

ХОЛОДНОЕ ЛЕТО

Первыми удар по Америке нанесли не гитлеровцы. Отступавшая Красная армия спалила деревню дотла. Так, на всякий случай. Уцелело лишь несколько домов да здание спиртзавода. Кстати, чудному творению помещика удалось пережить и бомбежку, и горбачевскую перестройку. Теперь в красном кирпичном здании живут лошади и мелкий скот местного колхоза. Маленькую будку, в которой когда-то сиживал приказчик, обжил бригадир. Войну немолодой труженик села практически не помнит. Уж больно мал был. Когда в деревню пришли немцы, он вместе со сверстниками спрятался в лесу. Остальных угнали в Германию. И женщин, и детей. Те, кому посчастливилось уцелеть, провели первый год войны в паническом ужасе. Днем американцы выходили в поле ловить мышей и птиц, а ночью прятались под половицами. Немецкие патрули заглядывали в американские хибары редко. Но во время организованной облавы не щадили никого. Из коренных жителей деревни уцелело лишь двое парней - Николай Калистратович да его друг Павел. Спасли ребят длинные половицы, которые захватчики поленились поднимать. Остальные жители вернулись домой уже после того, как Беларусь была полностью освобождена. Последнюю партию американцев русские солдаты перехватили уже на польской границе. Во время бомбежки машина, в которой сидели сельчане, перевернулась, и пленники смогли бежать.

Сразу после войны деревня Америка представляла страшное зрелище. Дома разрушены, от колхоза остались только камни, среди которых гуляли опухшие с голоду лошади. Отстраивали Америку всем миром. Вот только зачем?

ЧТО В ИМЕНИ ТВОЕМ?

Как уже говорилось, в 1950 году Америку переименовали. Приказ о смене названия белорусского хутора пришел из Москвы. Вернее, в Кремлевских палатах его утвердили. Инициаторами же уничтожения белорусской Америки выступили местные власти. Деревню назвали Краснопольцы, мол, в честь какого-то героя Великой Отечественной войны. Кто такой Краснополец, и чем он отличился перед Родиной, жители деревни не знают до сих пор. Поначалу, правда, гадали и даже приписывали это имя известным партийным лидерам. Но своего героя деревня так и не нашла. Став на бумаге краснопольцами, ее жители продолжают с гордостью именовать себя истинными американцами. И не только они. За несколько верст до деревни мне пришлось спрашивать дорогу в село Краснопольцы. Один из местных жителей, показав на тонкую дорожную нить, уходящую к лесу, сказал: «Тут недалече, свернешь направо и попадешь прямо в Америку».

Придорожного столба или знака на въезде в деревню нет. Говорят, жители сорвали, требуя вернуть им Америку. Путников встречает лишь покосившийся сарай, заросший кустами и мусором. А дальше прямая дорога… в Америку. Сегодня известное в народе село можно смело назвать мертвым. Если год-два назад по единственной американской улице бегали детишки да молодежь, то сейчас в деревне остались лишь одни старики. На улицу они практически не выходят. Может, поэтому в воздухе буквально витает запах разрухи и неотвратимой смерти. Из тридцати домов жилых в деревне осталось от силы десять. Изъеденные непогодой деревянные хатки уже давно умоляют о ремонте. Но сил подтянуть бревна и заделать крышу у стариков уже нет. Местный колхоз, который безуспешно пытались реанимировать, про сельчан давно забыл. Работать на ферму ходят лишь четыре человека. Другим работы нет. Одна отрада для стариков-американцев - местная продуктовая лавка. Раньше, когда деревня действительно жила, сельский магазин работал без выходных. Теперь хлеб и колбасу американцы могут купить лишь два раза в неделю: в понедельник и пятницу. На пенсию и колхозную зарплату в 50 тысяч много, конечно, не приобретешь, но жители Америки и тому рады. Сердобольные продавцы магазина дают продукты в кредит. Правда, только пенсионерам. Тем, кто работает в колхозе, веры нет.

Единственная достопримечательность Америки - красивый современный особняк, выстроенный аккурат на берегу сельского пруда. Возвели его относительно недавно. Один из американцев поработал в Москве да и отстроил своей матери белокаменный коттедж. Хотел даже пруд почистить да карася в него запустить. Но колхозное руководство воспротивилось, и теперь водоем напоминает гигантскую грязную лужу. Коттедж охраняет пятнистая лайка. Вот уже год, как в доме никто не живет. Хозяйку прошлой осенью убил колхозный конь. Оторвался от воза да и сшиб широкой грудью. По бедной женщине горевала вся деревня. Дом был выставлен на продажу, но покупателя так и не нашлось. Теперь он, как и вся Америка, приходит в упадок. В прошлом году в деревню еще заезжал школьный автобус. Теперь учеников в Америке нет. Из пятнадцати оставшихся жителей не теряет оптимизма лишь один Павел Филиппович. Несмотря на то, что прошлой осенью ему стукнуло семьдесят три, он каждое утро берет ружье и ходит на охоту. Зверье попадается разное. Не так давно американскую березовую рощу облюбовала стая тетеревов. Забегают в лес и волки с зайцами. Одним словом, старый охотник не скучает. Тоскует Павел Филиппович лишь о временах минувших. Когда деревья еще были молодыми, а возле деревни стоял красивый знак «Америка». То были лучшие годы в его жизни, и он мечтает, что когда-нибудь, пусть даже после его смерти, деревня вернет свое доброе имя.

КСТАТИ

По словам сотрудников Оршанского музейного комплекса, мода на переименование населенных пунктов пришла сразу после войны. Окончательно расправившись с врагами пролетариата, руководители местных исполкомов стали срывать таблички с названиями улиц, деревень и даже городов. После перестройки и развала СССР старые названия остались в силе. Особенно это касается колхозов и совхозов, которые продолжают двигаться по ленинскому и сталинскому пути. Для того чтобы переименовать деревню или даже отдельно взятое сельхозпредприятие, требуется пройти множество инстанций. Причем в большинстве случаев на смену вывески власти идут неохотно. Ведь за этим обязательно последует пересмотр и уточнение учетной документации и карт. В то же время историки выступают за возврат старых названий, считая их исторически правильными. Что касается Краснопольцев, то на официальном уровне вопрос о переименовании деревни пока не поднимался. Возможно, пока…

4
Оставить комментарий

  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Владимир

Закралась неточность. Переименовали Америку в Краснопольцы приблизительно в 1963-64 годах, когда шла компания переименования неблагозвучных названий, с точки зрения коммунистической идеологии, а не в 1950 году. Моя мать родом из Америки. Я родился в 1960 году в Стайках Шкловского района. Отдаленно помню, как приехали из Америки родственики и рассказывали о переименовании. Если бы переименовали в 50 году, то этого момента я бы не помнил

Анонимно

у меня свекор-американец,еще дом сохранился,в котором он рос,и сад яблоневый-по возможности ухаживает за ним каждый год,обрезает,косит траву,мы приезжаем яблоки собирать …сам живет уже в зубово,но никогда не забывает свою малую родину…

Виктор

Переименовали в 1964году. Живет сейчас в д. Америка семь человек.

Артем

А что за нежилая деревня (Урочище) Америка в Круглянском районе? Рядом соседние деревни: Ельковщина, Дуброва, Мехово… на картах она обозначена как «Америка».