ВЛАДИМИР ОРЛОВ: «Я всегда ко всякой работе в искусстве готов»

Мы годами слушаем песни, смотрим фильмы и не всегда знаем, кто автор музыки и слов песни, кто режиссер фильма – все внимание отдается исполнителям. А уж кто станет обращать внимание на фамилию ассистента режиссера?

Ныне маститый режиссер театра и кино Владимир Орлов начинал профессиональный путь в кино именно с должности помощника режиссера в фильме «Міколка-паравоз». Правда, дебют в кино состоялся в шестилетнем возрасте, когда его сняли в крошечном эпизоде кинохроники.

Владимир Александрович Орлов не только режиссер, но и автор сценариев многих фильмов. Он написал тексты к нескольким песням. Помните:

Клены у дома,
Берег знакомый -
Наших ребят отыскать
Здесь легко.
Все, как когда-то:
Мостик горбатый…

Даже не знаю, есть ли у Минска официальный гимн, но лично для меня именно эта песня Евгения Глебова на стихи Владимира Орлова и есть некий лирический гимн родного города.

«Красные листья», «Первые испытания» (здесь он - помощник, ассистент-практикант), «Вся королевская рать» (2-й режиссер) – уже классика белорусского игрового кино. Документальные фильмы «Командир из деревни Белое» (о Владимире Коваленке), «Отрывки из ненаписанного» (о Евгении Глебове), «Вместе с ним» (о Владимире Корш-Саблине) расскажут новым поколениям о прошлом и людях, чьи имена навсегда вписаны в историю нашей страны. Он же постановщик спектакля «Песни волка» в Театре белорусской драматургии.

Каждую субботу и воскресенье по утрам наше телевидение показывает первый белорусский 33-серийный фильм «Проклятый уютный дом». Режиссер-постановщик этой исторической мелодрамы – гость «ЭН» Владимир Орлов.

Именно 17 декабря, в день белорусского кино, я снова оказалась в уютном доме Владимира Орлова. В гостиной, украшенной картинами белорусских художников – друзей Владимира Александровича, - время за разговорами летит незаметно.

- Научиться, как снимать кино, можно, прочитав две тоненькие книжечки. А учить надо тому, как получить саму возможность снимать фильм, - говорит Владимир Александрович. – Мои друзья Михаил Финберг и Валерий Анисенко – не только творцы, но и замечательные организаторы. В какой-то степени и я пытаюсь быть таким. Я – прагматик. Мне надо все и сразу. Не надо ставить перед собой великих целей, заведомо недосягаемых. Нереализованный проект – это аргумент, чтобы задурить голову молодой девушке своей «значительностью» и «талантливостью». Я в своей профессии всегда ко всему готов. Недавно мне предложили сделать постановку светлого еврейского праздника-концерта «Ханука». Прочитал несколько разделов «Практики иудаизма», пересмотрел немереное количество видеокассет с записями выступлений коллективов - открыл для себя огромный пласт культуры. Подобного не делал, мне стало интересно - и музыкальный праздник удался! Люди искренне благодарили. Я рад и знаю, что уже и это умею. Мне бывает иногда обидно за моих гораздо более талантливых коллег, друзей, которые из-за творческих метаний, несовпадения желаний и возможностей вообще остаются не у дел.

- В 1993 году возникла идея «Проклятого уютного дома». Вам удалось добиться отдельного государственного финансирования на этот сериал. Но потом все равно не хватало денег, и пуговицы для мундиров вы с художником фильма отливали вручную. Фильм уже в третий раз показывают по белорусскому телевидению. И я знаю, что многие из тех, кто при первом просмотре, заинтригованный словом «сериал», переставал смотреть уже на 3-й серии, объясняя это тем, что «пока там пейзаж покажут» я усну, теперь смотрят и переживают.
- Кино – это судьбы. Зрителя надо влюбить в героя. Он хочет сопереживать, плакать и смеяться. Но в первую очередь - сопереживать. После премьеры фильма мы получили много писем, написанных грамотно, без единой орфографической ошибки. Зрители назвали фильм «цветком на свалке кинематографического мусора», они устали от «сексуально-криминальной мути», и наша картина оказалась для них «зорачкай у небе, на якую хочацца глядзець і глядзець».

- Я вижу в этом фильме прежде всего антивоенные настроения: не может быть благополучия, любви, когда кругом война. Музыка, декорации, игра актеров – все убедительно. В Николае Кириченко, какую бы роль он ни играл, мне кажется, теперь уже всегда присутствует корчмарь Щапся. Или взять образ Ольбромского, блистательно сыгранный Данатосом Банионисом. Почти все руководители восстания отбыли в Европу, и только Ольбромский готов разделить с обреченными повстанцами их участь. Если в привычных нашему зрителю импортных сериалах можно было пропустить 2-3 серии - и все ясно, то в Вашем фильме каждый штрих, взгляд – важная деталь. Что для Вас этот фильм?
- Владимир Короткевич когда-то сказал, что на протяжении всей истории Беларуси жить тут – все равно, что в Москве попытаться уснуть на раскладушке на перекрестке Тверской и Садового кольца. По нескольку раз в каждый из веков ступают захватчики по этой земле с юга на север, но чаще с севера на юг; наваливаются с востока на запад, но чаще с запада на восток. Для меня «Проклятый уютный дом», сам дом – это образ Беларуси. Кино – коллективное искусство. И мне всегда в жизни везло на талантливых соратников, друзей.

- Владимир Александрович, а как Вы оцениваете современное белорусское кино? Вот и телесериал какой-то новый белорусский прошел, на все лады расхваливают «киноэпопеи»…
- О современном белорусском кино говорить, как о повести, которой печальнее нет на свете… К сожалению, все расхваленные фильмы сняты убогим кинематографическим языком. В основе фильмов – вялая драматургия. А вот актеры у нас - замечательные: Геннадий Давыдько, Николай Кириченко, Светлана Зеленковская, Анатолий Кот, Виталий Редько. Но для них нет простора, нечего играть, остается позировать. Нет судеб в современных белорусских фильмах! Вспомните несчастного еврея-корчмаря Щапсю, когда он вопрошает о выстраданном: «Есть ли в Париже черта оседлости?» Вот вам и судьба в одном этом вопросе… Впрочем, не хочу быть пессимистом. Фильм «Мистерия. Оккупация» - достойный образец нового белорусского кино. А то, что его запретили показывать? Что ж, на полку клали всегда только талантливые произведения – это честь! В наше время высоких информационных технологий глупо что-то запрещать. Это только подогревает интерес. Режиссер может быть благодарен за такую рекламу.

Белорусская литература – кладезь интереснейших сюжетов! Вот классик Игорь Добролюбов мечтает снять фильм по рассказу Василя Быкова «Желтый песочек». Менее малобюджетный и более драматичный фильм невозможно представить: ночь, лес, грузовик и шесть актеров. Но на эту постановку не находится средств…

- Более тонкого психолога, чем Василь Быков, в нашей литературе нет. Повесть, рассказ, приповесть – что бы ни читал, всегда думаешь, переживаешь… А «Желтый песочек» так и просится на киноленту: там все так ярко, выразительно…
- Понимаете, Оксана, вся мировая литература построена на «несвершившемся», а литература соцреализма – на свершившемся и всегда так по-школьному: добро побеждает зло. Но заставляет нас думать и переживать именно несвершившееся, именно некая недосказанность…

- О, да. На закрытии «Лістапада» показывали российский фильм «Водитель для Веры». Столько версий, как оно могло быть, услышала после просмотра! Кто-то хотел продолжения, кто-то предлагал: пусть бы хоть написали, что там будет через 10 лет. Не было равнодушных. Мы с подругой забыли обо всех жизненных проблемах, так переживали за киношного генерала и его семейство. Но вспоминаю я фестиваль в связи с церемонией закрытия. Мне кажется, что награжденные актеры и режиссеры, уехавшие из Минска до закрытия фестиваля, выказали чудовищное неуважение к белорусским зрителям и организаторам. В то же время фестиваль признан лучшим на территории СНГ. Как вообще все это совмещается?
- Такое отношение к «Лістападу», к сожалению, демонстрируется ежегодно. Оно дискредитирует саму идею фестиваля. Что это за призы, которые кто-то, возможно, передаст через третьи руки?! На церемонии присуждения «Оскара» все номинанты находятся в зале и с замиранием сердца ожидают оглашения имен победителей. А здесь… Все это от неуважения.

- Есть ли у нас некая киношная мафия, которая решает: быть этому фильму или нет?
- Вряд ли. Не те деньги крутятся в белорусском кино, пара фильмов в год – какая уж тут мафия! Скорее некая местечковость. Часто срабатывает стереотип: фамилия режиссера, сценариста, тема фильма. Сегодня, в преддверии праздника Победы, востребованы сценарии, в которых «красные начинают и выигрывают», а на войне было все гораздо сложнее – читайте Быкова. Нет игровых фильмов о нас сегодняшних, о живущих в Минске, Гомеле, а не о российских «ментах», «операх», «каменских», наркоманах, петербургских бандитах.

- Владимир Александрович, традиционный вопрос: ближайшие творческие планы, касающиеся не только кино...
-Я в работе. Конкретнее узнаете через год. Скоро мой творческий вечер – там услышите, что сотворил в 2004-м. Плодотворный был год. Как, впрочем, и все предыдущие.

Оставить комментарий