НЕТРИВИАЛЬНОЕ АВТО

При движении в составе банды ”Жуков” владелец ”Жука” имеет право не уступать дорогу автомобилям ГАИ с включенным проблесковым маячком синего и красного цвета и вообще не реагировать на сигналы, поступающие из внешнего мира, так как считается, что в этот момент МИР ОСТАНАВЛИВАЕТСЯ.

Из устава Белорусского клуба ”Жуков”.

Beetle, Kafer, Bug, Fusca, Escarabajo, Kupla - как бы его не называли, он все равно останется самым лучшим автомобильным творением двадцатого века, считают многие автомобилисты в самых разных странах мира. Когда проект Фердинанда Порше в 30-х победил в конкурсе на создание «народного автомобиля» Германии, тот и представить не мог, насколько он станет народным. Любители «Жука» по сей день собираются в клубы, трепетно берегут крохотные неудобные машинки и даже в холодные русские зимы не обращают внимания на отсутствие обыкновенной печки в своем «округлом» любимце. Об особенностях местного «жуководства» мы поговорили с руководителем Белорусского Клуба классических «Жуков» Георгием Меметовым:
- Чем владелец «Жука» отличается от владельца любого другого автомобиля?
- В первую очередь, автомобилем. И, конечно, уникальным отношением к окружающему миру. Не думал, что люди, которых я соберу, окажутся очень близкими мне. Они легко общаются и очень открыты в жизни. Машина, ведь, не практичная, картошку на ней не повозишь. Радовать она может только своими формами и линиями. В клубе говорят, что все владельцы «Жука» еще дети.

- Можно назвать «жуководов» романтиками?
- Я думаю, что да.

- А как возникла идея создать клуб?
- Начиналось все очень просто. Я мечтал о «Жуке», потом сумел его купить в Москве. Одному существовать было сложно, и я стал присматриваться к таким же автомобилям в Минске. Стал оставлять записки, начали созваниваться. Оказалось, что люди друг друга знали, но не решались собраться вместе. Объединение произошло в 1998 году на праздник города в Минске. В последствие оказалось, что у людей были общими не только автомобильные интересы. Например, «жуководы» любят одинаковую музыку – мы слушаем джаз, группы Beatles и Deep Purple.

- Наверное Beatles - самая любимая команда в клубе?
- Нет. Они же с ошибкой пишутся (по-английски вeetle – жук, название же ливерпульской четверки, как известно, пишется как Beatles). Конкретных музыкальных приоритетов у нас нет – нравится сам стиль 60-х и 70-х.

- Сколько людей сегодня в клубе?
- Примерно 30 человек, машин меньше. У кого-то был «Жук» раньше, кто-то хочет купить «Жука», кто-то ремонтируется - для нас это не важно. Главное – общение. Если прямо сейчас организовать поездку, позвонить – приедут 3-4 машины, а людей будет еще больше.

- Как и в любом объединении, у вас, наверное, есть активная и пассивная составляющие клуба. Встречали вы в Беларуси одиноких отбившихся «жуководов»?
- Таких людей очень мало. Был один человек, который своего «Жука» продал и совсем исчез с горизонта. Все остальные общаются – есть общие интересы.

- Действительны ли права и обязанности, которые прописаны в уставе клуба?
- Почему нет? Половина из них - правда. Конечно, правила дорожного движения мы не нарушаем, но при встрече двух «Жуков» в городе обязательно обмениваемся приветствиями, и другие автомобили в душе воспринимаем скептически.

- Как главный «жуковод», объясните, в чем уникальность этой крохотной непрактичной машины?
- В первую очередь – это история. Ни у какого другого автомобиля нет такого прошлого. Ездишь на машине, производство которой прекратили всего лишь в 2003 году, вроде не антиквариат, и в то же время история «Жука» тянется с 1938 года. Во всех выпущенных за 70 лет машинах сохранены изначальные форма и конструкция, в которых, конечно, был свой практицизм, но совершенно отличный от современного. Мне импонируют именно эти старые ценности.

- Известно, что это не самый удобный автомобиль в эксплуатации. Как миритесь с этим?
- Мне интересно. Я не могу ни с чем сравнивать. Это моя первая и единственная машина. Я привык, и мне нормально. Автомобиль очень честный и простой – без гидроусилителя руля, с тугими педалями, классическим задним приводом. Настоящая борьба – это зимняя эксплуатация «Жука». В нем нет печки. Теплый воздух поступает от мотора, но в машине нет системы вентиляции. Можно ездить в одежде, но очень быстро запотевают стекла. Понемногу в этой борьбе мы сдаемся и зимой стараемся не выезжать. Были попытки ставить инородные печки, но «Жук» этого не приемлет.

- Отношение к машине в семье особенное?
- Всем нравится. Детям в особенности. А с женой у нас это было совместное увлечение.

- У машины очень много модификаций. Какие из них ценятся больше всего?
- До 1967 года – это антиквариат, позже – не такие ценные молодые модели.

- Несмотря на былую доступность, сегодня это не очень дешевый автомобиль. Сколько стоит “Жук”?
- По разному. Если покупать машину в плохом состоянии, можно вложиться в 1.000 долларов. Хороший автомобиль стоит от 5.000 тысяч и выше.

- Есть какая-нибудь интересная история, связанная с вашим любимым автомобилем?
- Как-то в клубе у нас было два Андрея, и у обоих были желтые “Жуки”. Жили они приблизительно в одном и том же месте и рядом работали. Ежедневный маршрут движения, соответственно, был одинаковым. Однажды один из Андреев ехал утром на работу. Его остановил гаишник, открыл дверь и без разговоров плюхнулся на сидение с вопросом “Чего не едем?” Водитель оторопел. Гаишник переспрашивает: “Андрей?” – “Да, Андрей” – “Ну, так поехали!” Потом разобрались, что Андреи были разные.

- Вы, как руководитель клуба “Жуков”, могли бы посоветовать людям покупать именно эту машину?
- Нет. Никого уговаривать не буду. Если человеку что-то нравится, то он ни перед чем не остановится. Снаружи кажется, что это милая машинка. На самом деле у нее есть характер и, скорее всего, мужской. А к этому надо быть готовым.


На днях по Минску гуляли настоящие офицеры и солдаты Вермахта, а Дворец офицеров превратился в кадр из фильма «Семнадцать мгновений весны». Развесив на фасаде здания флаги со свастикой, немцы потягивали кофе из пластиковых стаканчиков, разговаривали по «мобильникам» и беззаботно слонялись по улице в ожидании команд. Среди прочих реквизитов нового военного фильма Александра Муратова («Гонки по вертикали», «Королева Марго», «Львиная доля») был и блестящий трофейный «Мерс» 1939 года выпуска.

Александр, белорусский владелец раритетной машины, автолюбитель и актер в одном лице.

- Как давно вы ездите на своем «Мерсе»?
- Машина появилась у меня в начале 90-х годов. Реставрировал и все делал сам. В то время это был мой единственный автомобиль, и я использовал его каждый день как единственное средство передвижения. Теперь уже себе этого не позволяю.

- Часто вам приходится сниматься в кино?
- Периодически. Со своей машиной я участвовал в ленте Дмитрия Астрахана «Из ада в ад», в прошлом году засветились в российских и белорусских клипах. Теперь вот работаем у Муратова на съемках фильма «Человек войны».

- Кто водит автомобиль на съемочной площадке?
- Я сам. Чужим людям не даю. Не потому что жалко, а потому что привычка нужна. «Мерс» я уже знаю, чувствую. Даже если что-то ломается – все претензии к себе. Зачем других людей подставлять. Тем более, благодаря машине, я актером стал – на съемках за рулем и в форме.

- Когда смотрите кино, на другие автомобили внимание обращаете?
- Конечно. Но картинка обманчива. Очень много машин, которые участвуют в съемках, не соответствуют времени, в котором происходит действие. Например, фильм снят про 1943 год, а машина, которая в нем снимается, стала выпускаться только в 1947 году. Я знаю, что простой зритель этого не видит, но для меня такие нестыковки очень заметны.

Оставить комментарий