Бермудский треугольник матроса Ивана

Участник двух войн Иван Прокофьевич с редкой фамилией Погорей живет сейчас в Минске, но родился в Украине в далеком 1924-м году. Непростое было время. Советское государство только вставало на ноги. В 1937 году, как известно, развернулись масштабные репрессии. Спасаясь от них, Иван с отцом уехали в Грузию, а за ними последовала мать с младшим сыном. Но в солнечной республике она забыла, где именно нужно искать близких. Пока моталась по городам и весям, сын заболел и умер…

Отец поругался с ней. Мол, загубила ребенка, и развелся. Потом новая жена. Еще один сын.
— Помню, как я с ним играл, — вспоминает Иван Прокофьевич.

Но вторая жена умерла, а потом еще началась проклятая война. Отец ушел на фронт. Младшего пристроил куда-то, а Иван к тому времени уже работал мотористом на электростанции табачной фабрики. Парень освоился в Грузии. Знал местный язык. Но недолго он любовался красотами Кавказа — в 1942 году тоже ушел на фронт. Его призвали на флот. Весной 1942-го он уже участвовал в первом бою в составе экипажа крейсера «Ворошилов», а 29 ноября была важная боевая операция. Нужно было уничтожить нефтеперегонный завод, которым пользовались немцы. Началась она удачно. Противник был дезориентирован. Сначала гитлеровцы подумали, что это нападение с воздуха. Начали освещать небо прожекторами. Это даже облегчило задачу советским морякам. Но один из эсминцев подрезал параванами (специальными подводными аппаратами) две мины и дал условный сигнал. Но другие корабли его не заметили. И крейсер «Ворошилов» подорвался на двух минах. Конечно, этим эскадра себя обнаружила. Пришлось уходить от торпедных катеров и авиации, прячась в туман, вдоль берега. Довольно опасно, но моряки все же дошли до базы. После этого был еще не один бой. Довелось Ивану Прокофьевичу послужить и на эсминце «Беспощадный», который был обстрелян с воздуха в 1943 году недалеко от Ялты и потонул… Матрос Погорей, держась за аварийное бревно, пробыл в ледяной воде более 10 часов. Причем время от времени противник освещал место крушения прожекторами и открывал огонь по еще живым. Приходилось нырять, чтобы не погибнуть. Наутро его подобрали свои. Повезло. Тогда из 1.200 моряков спаслись только 116.

После спасения снова боевые будни: контузии и ранения. В 1945-м, когда многие праздновали Победу, часть советских военных моряков были отправлены на новую войну. У восточных границ СССР стояли японские войска. Иван Прокофьевич тогда был направлен вместе с сослуживцами в США, где они получали новые корабли по ленд-лизу и проходили обучение. После этого сразу в бой…

Но и Япония капитулировала. В 1946 году Погорей еще послужил в качестве составителя карт прибрежных вод, а в 1947-м мобилизовался. Работал у себя в Украине, в Донбассе и в Мурманской области. Но душа тянула к морю. Выйдя на пенсию, он переехал в Керчь. Стал заведующим спортивной базой для будущих моряков. В 1991-м рассыпается СССР. Иван Прокофьевич уезжает в Минск, на родину прадеда. Живя здесь, через много лет, благодаря Интернету, нашел своего младшего брата Виктора, который обосновался в Волгограде…

Сейчас, как говорит Иван Прокофьевич, он живет в «бермудском треугольнике»: дом — аптека — больница. Сетует, что о ветеранах вспоминают только по праздникам, а в остальное время они мало кому интересны.
— Мы на войну ушли, оставили там свое здоровье. А ведь какие молодые были. Нам бы тогда девочек целовать. После войны тоже было тяжело, нужно было работать, страну поднимать. И что теперь мы получили…

Оставить комментарий

  Подписаться  
Уведомление о