А мне комедия понравилась!

В прошлую пятницу в нашей газете была опубликована рецензия на спектакль «Правда — хорошо, а счастье — лучше» под названием «Яблоневый сад». Публикация вызвала неоднозначную реакцию в театральной и около театральной среде. Автора рецензии ругали за субъективность, за резкость выражений и т.д. На почту «ЭН» пришло письмо журналиста Евгения Огурцова, который тоже не согласен с рецензией на спектакль. Мы решили опубликовать его.

«На прошлой неделе мне посчастливилось побывать в Русском или, если писать официально, Национальном академическом драматическом театре имени Максима Горького. Попасть на спектакль было трудно, потому что все билеты были давным-давно распроданы, но журналистов в этом театре, к счастью, привечают.

Сразу скажу, что рецензент «ЭН», назовем его N, на спектакле действительно был и даже купил программку, потому что именно из нее списал информацию о том, что пьеса была написана Александром Островским к бенефису своего друга, актера Николая Музиля. Только вот пробыл ли господин критик в зале до конца спектакля? По совести говоря, у меня на этот счет имеются большие сомнения. Ну не мог, даже чисто психологически, журналист, а пишет господин N очень даже профессионально, посмотрев весь спектакль написать что «…нынешний актерский состав постановки Аркадия Каца ничего, кроме зевоты, не вызывает — те же штампы, те же заученные до дыр за столько лет интонации… Обидно, что и молодежь Русского так точно и верно подхватила деревянные интонации стариков. Молодая купчиха в исполнении Вероники Пляшкевич откровенно глупа и предсказуема… Приказчик Платон в исполнении Василия Гречухина тоже никакой симпатии не вызывает… Но что пенять на молодежь, если главный минус спектакля — это как раз «корифеи», народные артисты Беларуси Белла Масумян, Ростислав Янковский, Ольга Клебанович, самозабвенно, как-то механически повторяющие то, что было найдено когда-то 20-30 лет назад… Особенно беспомощен отставной военный Грознов в исполнении Янковского…». Далее цитировать все «искусствоведческие» перлы знатока сценического искусства г-на N не буду, потому что «ворошиловский стрелок от журналистики» просто-напросто хамит.

Возвращаясь к своему утверждению, что автор «Яблоневого сада» видел только небольшую часть постановки, хочу проинформировать читателей «Известий», что более двадцати раз зал взрывался по ходу действия смехом и аплодисментами, а по окончании спектакля зрители криками «браво», цветами и аплодисментами наградили актеров за их талант. Разве можно, увидев все это воочию, потом с холодным цинизмом писать о скуке, зевоте и старости народных артистов, которые явили «полусонный театр», «самовлюбленную старую калошу, нытика и рохлю с трудом передвигающуюся»? И это про лауреатов государственной премии, почетных граждан Минска, награжденных президентской премией «За духовное возрождение»?

Что же на самом деле являет собой спектакль, поставленный народным артистом Латвии и Украины Аркадием Фридриховичем Кацем, которого г-н N обвинил в том, что он перенес на со­временную сцену «старую ветошь» классического театра и мастерство былых «корифеев», а ныне «старых калош»? Перескажу мнение двух Анатолиев — Ярмоленко старшего и младшего, которые присутствовали на спектакле. Народный артист Беларуси, знаменитый певец сказал, и с ним нельзя не согласиться, потому что именно так и реагировал зал на каждое появление Ростислава Янковского в роли Силы Грозного — аплодисментами. «Он наше солнышко, великий актер, который в любой роли естественен и обаятелен. Его Грознов — старый покалеченный войнами солдат с добрым сердцем и благородной душой, и каждый его выход на сцену не просто так люди встречали аплодисментами, ему отдавали дань за его рыцарское служение Театру и зрителям. Для меня каждый раз радость видеть его на сцене, и этот спектакль не исключение. Ярмоленко-младший лаконично заметил: «Это настоящая комедия, смешная и умная! Ведь в жизни и даже в нашем классе все так и есть. Не очень-то хочется правду слышать, а счастливым каждый быть хочет!».

В итоге. В своей заметке по поводу критической статьи в уважаемой газете «Известия» я не хочу уподобляться господину N и его уверенному тону цензора. Кому-то, спектакль «Правда — хорошо, а счастье ­— лучше», может и не понравиться. Ведь искусство, и уж точно сценическое, — это созданный авторами некий виртуальный мир, куда попадает не всякий и не всегда. Но если он стал твоим, то ты живешь вместе с героями постановки их жизнью, переживаешь и радуешься, внутренне плачешь и смеешься. Энергия пьесы и актерской игры захватывает тебя, и тогда наплевать на якобы длинноты и «деревянность» интонаций героев постановки — ты играешь вместе с ними, ты такой же актер, только не на сцене, а в зале. Бывает, что спектакль не твой. Тогда ты видишь по отдельности актеров, кто-то тебе нравится больше, кто-то меньше, и это нормально. Можно, конечно, было заметить, что в спектакле Каца в яблоневом саду с почти поспевшими яблоками цветет сирень и выразить художнику Татьяне Швец упрек, поставив двойку по ботанике, а можно — увидеть красивую метафору, что среди выращенных на продажу фруктов, зацвела непродажная сирень, как символ чистой любви и счастья вопреки бытовой правде. Но вот чего никогда не надо делать, приходя в Театр на премьеру, так это судить творцов за несовершенность, на ваш взгляд, созданного ими мира и тем более, не надо ради красного словца путать божий дар с яичницей, выдавая это за нечто новое. Хотите на самом деле, г-н цензор, помочь искусству? Приходите в Русский театр и покажите режиссеру и актерам своими умными критическими советами, как надо играть правильно».

Оставить комментарий