«МИРНЫЙ» АТОМ ПОВЫСИЛ РЕПУТАЦИЮ

Жители Гомельской и Могилевской областей, наиболее пострадавших от аварии на ЧАЭС, больше других хотят видеть в своем регионе новую атомную станцию. Этой новостью специалисты удивили журналистов на прошлой неделе во время обнародования данных социологического опроса среди населения по поводу развития ядерной энергетики в Беларуси.

ТВЕРДОЕ «ДА»

Такое желание, как объяснили журналистам, понять можно. Появление АЭС в любом из регионов – это фактор экономического роста области и развитие ее инфраструктуры. Дескать, регионы, больше всех пострадавшие от взрыва на ЧАЭС, лучше всех и осведомлены о финансовых преимуществах таких проектов (тем более вопрос со строительством АЭС уже решен).

Между тем, как следует из результатов опроса, у белорусов в целом наступил перелом в общественном сознании. Они все больше заинтересованы в АЭС, несмотря на неискорененный постчернобыльский синдром. Если верить данным опроса, то за последние три года число убежденных в необходимости развивать в Беларуси ядерную энергетику увеличилось почти в 2 раза – с 28,3% до 54,8%. Количество отрицательных ответов, наоборот, снизилось в два раза – с 46,7% до 23%. По мнению ведущего научного сотрудника ГНУ «Институт социологии» НАН Беларуси» Михаила ХУРСА, население стало лучше ориентироваться в теме атомной энергетики: «Раньше информации было мало, материалы носили характер страшилок, не давали объективной информации и дезориентировали граждан по такой важной проблеме».

Но где подтверждение тому, что сейчас нужной информации предостаточно? Опрос ведь показал обратное. За то, что информации очень мало, высказалось 55,8% опрошенных. Почти 19% посчитали, что информация по теме практически отсутствует. Тогда каким образом при недостатке информации многих опрошенных вдруг осенило, и им во что бы то ни стало захотелось ответить твердое «да» на вопрос: «Нужно ли развивать ядерную энергетику?» Остается разве что согласиться с уважаемым Михаилом Хурсом в том, что «народ у нас грамотный, образованный. Люди безо всякого навязывания сами лучше во всем разберутся».

Хотя и М.Хурс, кажется, сомневается, что в Беларуси все знают, в чем причина взрыва реактора на Чернобыльской АЭС. «В этой трагедии ключевую роль сыграла не техническая сторона, а чисто человеческий фактор. Вопреки здравому смыслу на действующей станции начали эксперимент по изучению «выбега» реактора. Ну и добегались. Этот эксперимент можно было бы провести в других условиях. Например, создать маленький реактор и изучить все, что нужно, в других условиях, без последствий».

Но даже если все убедятся, что с технической точки зрения белорусская АЭС окажется полностью безопасной, где гарантии, что на ней снова не захотят поэкспериментировать? Поэтому для формирования положительного общественного мнения, наверное, лучше напирать на экономический эффект. Народ как раз очень болезненно реагирует на повышение тарифов на энергоносители. А тут раз – и получите электроэнергию дешевле в 2-3 раза. «Наша экономика экспортоориентированна. В результате использования более дешевых энергоресурсов страна получит больше средств для решения социальных проблем: повышения зарплат, оказания медицинских услуг и т.д.», – не забывает упомянуть Михаил Хурс. И добавляет: «Когда-то наша продукция, исходя из стоимости, на постсоветском пространстве была самая конкурентоспособная. Но как только цены на российский газ, который, к примеру, используется в теплицах, взлетели вверх, все изменилось. Этот пример, кстати, можно перенести и на машиностроение, и на строительство – на любую сферу экономики».

ВЛОЖИТЕ ВАШИ ДЕНЕЖКИ

Сторонники АЭС мечтают не только сэкономить на электроэнергии за счет АЭС, но и кое-что на ней заработать. Например, 49% опрошенных согласились вложить свои деньги в строительство АЭС. Так, 25,2% респондентов ответили, что приобрели бы акции АЭС, 11% опрошенных приобрели бы облигации внутреннего займа, 6% готовы вложить средства в долгосрочный депозит на условиях ставки рефинансирования плюс 1,5-2%.

– Сложно вспомнить хоть один нормальный опыт акционирования предприятия, – усомнился в перспективах вложения народных средств экономист Александр ПОТУПА. – По сути, процесс приватизации у нас толком еще не пошел. Поэтому смешно в данном случае говорить о покупке акций. Тем более, надо ясно понимать, что стопроцентный контроль за управлением атомной станцией будет принадлежать государству».

Как отметил экономист, проект строительства АЭС действительно дорогой для государства. «На старте он оценивался где-то порядка в 3-4 млрд долларов, но в таких проектах, как правило, начальную цифру надо умножать на два. Так что, думаю, расходы составят около 6 миллиардов. Потребуется большой кредит. Именно в этой связи, как я говорил ранее, Беларусь пойдет на контакт с Россией с предложением строить АЭС. Россия имеет опыт выдачи кредитов Беларуси. Запад по политическим соображениям такой кредит может не дать».

Но деньги все равно придется отдавать, поэтому «возможен народный сбор, но только в качестве пожертвований, если говорить серьезно. Думаю, в добровольно-настоятельной форме. Что касается депозитов, то они хороши тогда, когда у банков потом есть, чем возвращать деньги, и при этом заработать прибыль. Поэтому банку выгоднее пускать деньги в проекты, которые приносят прибыль быстрее, чем заканчивается депозитный срок».

РЕЙТИНГ САМЫХ ОПАСНЫХ ГОРОДОВ

Украинский город Чернобыль, который в 1986 году перенес взрыв атомной электростанции, занял первое место (9-е в прошлом году) американского списка опаснейших для проживания городов на Земле. При отборе претендентов в этот рейтинг специалисты исходили из таких критериев, как количество пораженного населения, опасность ядовитых веществ, их влияние на детский организм, сообщают российские СМИ. Вторую строчку списка самых опасных городов занял российский Дзержинск. Во времена холодной войны здесь производили отравляющий зарин и горчичный газ. За ним следует Гайна (Доминиканская республика), где главным источником загрязнения окружающей среды является свинец. Четвертое место – у замбийского Кабве. До последнего времени здесь действовали рудники по добыче свинца и цинка. Пятерку лидеров замыкает Ла-Ороя (Перу). Уровень содержания тяжелых металлов в организме местных жителей превышает предельно допустимую норму в четыре раза.

ТЯЖЕЛЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ

Те, кого несильно задела авария на ЧАЭС, с большей вероятностью согласны с необходимостью строительства белорусской атомной станции. Но какое отношение к появлению на территории Беларуси АЭС у тех, кому в свое время пришлось в спешном порядке покидать свои дома из-за угрозы собственной жизни?

– Знаете, однажды обжегшись на молоке, постоянно дуешь на воду. Я против строительства АЭС. И высказывания разных специалистов о том, что станция будет построена с использованием самых современных технологий и станет самой безопасной, для меня звучат неубедительно, – сказала «ЭН» преподаватель из Гомеля Ольга ДРОБЫШЕВСКАЯ (бывшая жительница деревни Шепотовичи Чечерского района Гомельской области). – Мне кажется, человечество еще не придумало эффективного способа обезопасить себя от влияния «мирного» атома. Пусть те, кто принимал решение о строительстве АЭС, собственным примером покажут, что бояться нечего, и поселятся вблизи АЭС.

Я думаю, многим из них неизвестно, что значит покидать свою родину, зная, что дом, в котором ты жил, просто уничтожат. Людей из нашей деревни действительно уговаривали поскорее уносить ноги. Оставаться бесполезно. Все дома, нам говорили, сожгут. Для всех это было настоящей трагедией. И особенно для моей семьи и для меня. В деревне жило много наших однофамильцев. До революции здесь было поместье, которое принадлежало нашей семье. И представьте, как тяжело было покидать место, где прожило не одно поколение твоих родственников, где прошла часть твоего детства. И потом увидеть, что от деревни почти ничего не осталось. Бабушка до сих пор не может забыть случившееся. Из-за аварии умер дедушка. До взрыва он работал водителем, и потом ему пришлось вывозить людей из загрязненной территории. Позже у него нашли рак. Авария на Чернобыльской АЭС по сути разбила нашу семью. Мама еще до трагедии работала в Гомеле, поэтому я уехала туда вместе с ней. Бабушке пришлось ехать в Гродно. С тех пор мы стали реже видеться. Чаще общаемся по телефону. В Гродно бабушке предоставили все необходимые условия, но она все равно не чувствует себя там своей. Это чужая для нее сторона.

Оставить комментарий