ПЕТЕРБУРЖЕЦ И «ТУТЭЙШЫЯ»

Неюбилейные примечания «к мемориальной доске» народного артиста БССР Евстигнея Мировича

В Минске сотни памятных знаков, посвященных выдающимся людям, но так географически получается, что ближайшая от редакции «Экспресс Новостей» мемориальная доска посвящена театральному деятелю. Шагая в редакцию, я встречаюсь с бронзово-мраморным корифеем на фасаде главного корпуса Белорусской государственной академии искусств — в этом здании работал народный артист БССР, профессор, драматург Евстигней Афиногенович Мирович.

— Простите, как вы сказали, господин артист, ваша фамилия? Задунайский?..
— Задунайские — это в Керчи или Вологде. А я — ДУНАЕВ из Петербурга!
Диалог у конторки минской гостиницы «Париж». 1919 г.

А теперь, внимание, провокационная идея… Будь я одним из тех десятков и сотен художников-ваятелей, которые занимаются в академии, то создал бы и поставил где-нибудь в ее окрестностях скульптуру с простым названием «Вовочка». Почему бы и нет. В мире популярен тип скульптур «с улыбкой», посвященных широкоизвестным персонажам произведений литературы, легенд, анекдотов. В Германии есть памятник Мюнхгаузену. В центре Киева поставлен памятник «человеку без паспорта», персонажу романа «Золотой теленок» Ильфа и Петрова, Михаилу Самуэлевичу Паниковскому. И также у нас для высококультурного города Бобруйска минский скульптор Владимир Жбанов предлагает памятник незабвенному Шуре Балаганову.

Какая связь между хулиганом Вовочкой и народным артистом БССР Е.А.Мировичем? Самая прямая, родственная: Евстигней Афиногенович является создателем образа — конкретным «папашей» того самого Вовы-Вовочки. И, к слову, не всегда классик театрального соцреализма Мирович был «советским», да и вообще «белорусским»…

Из расхожей биографической справки. Мирович (наст. фамилия — Дунаев) Евстигней Афиногенович (29.7(10.8). 1878, Петербург, — 16.2.1952, Минск), белорусский советский актер, режиссер, драматург, народный артист БССР (1940). Родился в семье железнодорожника. Окончив в Петербурге театральные курсы им. Ф.Волкова, в 1900-м начал выступать как актер. С 1906 работал как драматург. В 1921–31-м, 1941–45-м возглавлял Белорусский 1-й государственный драматический театр в Минске (ныне — Театр им. Я. Купалы); постановщик спектаклей: «Мятеж» по Фурманову (1927), «Мост» Романовича (1929), «Гута» Кобеца (1930), собственных пьес — «Машека», «Кастусь Калиновский» (обе в 1923-м), «Кузнец-воевода», «Карьера товарища Брызгалина» (обе в 1925-м). Первым в республике удостоен в 1928 году звания «Заслуженный артист БССР». Организатор первого в республике колхозно-совхозного театра в Гомеле (1935), художественный руководитель и режиссер ряда других коллективов, где поставил «Как закалялась сталь» по Островскому (1937), «Чудесная дудка» Вольского (1939) и др. С 1945-го художественный руководитель и заведующий кафедрой мастерства актера Белорусского театрального института (с этого же года профессор). Награжден 3 орденами.

По прочтении вышеизложенного может возникнуть, например, такой вопрос. Если Мирович в двадцатые годы был худруком теперешнего Купаловского театра, то почему в официальной истории он не упомянут в связи с постановкой культовой пьесы Янки Купалы «Тутэйшыя» («Здешние»)?.. Впрочем, у нас в Беларуси так умеют составлять тексты энциклопедий и академических монографий, что на основании приведенных в них фактов трудно бывает выстроить понятную цепочку «человек — дата — место — событие».

Вопрос одного «пропавшего» года биографии Мировича элегантно был обойден в фундаментальном труде членкора и доктора искусствоведения Владимира Нефеда «Становление белорусского советского театра». Оттуда любители театральной истории могут, например, узнать, что в первой половине 1919 г. в Советскую Белоруссию из Петрограда с труппой Интимного театра («интимный» в первоначальном смысле — лично сокровенный, задушевный) для выступлений перед красноармейцами приезжает Евстигней Мирович — актер, режиссер и драматург. Тогда же он назначается художественным руководителем Минского гарнизонного театра (сочувствующий читатель мог понять, что красноармейский паек выманил артиста из голодного Петрограда). Но что потом?.. «С тех пор Мирович остается в Белоруссии и становится впоследствии крупным деятелем национальной сцены, основателем первого государственного белорусского театра», — абсолютно правдиво говорилось в академическом труде.

Просто «остается в Белоруссии», а чья там власть была с лета 1919 до лета 1920 года, что при ней происходило и чем Мирович занимался «между» режиссерством в Минском гарнизонном театре (1919 г.) и Театре революционной сатиры (1921 г.) — об этом умолчали даже во времена перестройки и гласности (3-й том «Энцыклапедыii лiтаратуры i ма­стацтва Беларусi». Мн., 1986).

Итак… «Чем вы, гражданин Мирович-Дунаев, занимались на территории, временно оккупированной белополяками в 1919–1920 годах?» — задаем мы тяжкий вопрос.

Отвечаем: «Все то тяжелейшее для молодой Республики Советов время бывший худрук красноармейского театра Мирович (фактический дезертир, ибо уклонился от эвакуации из Минска в Смоленск) находился в услужении у белогвардейщины и у легионеров Пилсудского, реализовывал в искусстве сугубо контрреволюционный метод».

Впрочем, не один Мирович был такой. Интервентов — каких угодно, лишь бы не большевики! — ждали очень многие деятели белорусской культуры, науки, просвещения. Эти настроения засвидетельствовал в своей публицистике Янка Купала. Да, в начале 1919 года был отмечен «медовый месяц белорусов с Советами», однако вскоре обстановка резко изменилась в худшую сторону. О вакханалиях минской чрезвычайки вопили в секретных докладах в Москву сами же коммунисты. Поэтому среди тех, кто дождался смены власти в начале августа 1919 года, мы видим вместе с Мировичем того же Купалу, Игнатовского (с его Учительским институтом), Карского, Тарашкевича, Голубка, Терравского…

И двинулась в Минск волна эмиграции из Советской России. Блистает в городе актер МХАТа Ричард Болеславский — будущая звезда Голливуда. В начале января 1920-го линию польско-советского фронта под Жлобином пересекают в тридцатиградусный мороз на контрабандистских санях Зинаида Гиппиус, Дмитрий Мережковский и Дмитрий Философов. Классический триумвират селится на несколько месяцев в Минске и включается в общественную жизнь.

Продолжают работать многие дореволюционные предприятия и конторы, гимназии, увеселительные заведения. Даются балы, люди ходят в театры и кинематограф. В Минске проявляется эффект «континентальной Одессы». Наплыв бильярдных и карточных шулеров из-за линии фронта огромен, и в клубах, ресторанах, собраниях идет бесконечный мордобой. В итоге власти провозглашают запрет на азартные игры. Орды проституток на улицах, сгруппировавшись по земляческому признаку, идут стенка на стенку. Газеты печатают курсы черной валютной биржи. «По случаю отъезда срочно продается фортепиано… Куплю прочную рессорную коляску» — это из типичных объявлений тех месяцев. Самые существенные реалии — спирт, кокаин, бриллианты, антиквариат.

Изумительнее всех ведет себя на фоне этого общепризнанный «дедушка Революции» — легендарный народник Анатолий Осипович Бонч-Осмоловский (в романтическом 1917-м избирался почетным председателем Первого Всебелорусского съезда). Думаете, он поддерживал борьбу большевистского подполья с белополяками? Нет: как видно из газетных объявлений, поставлял на рынок «образцовые саженцы по цене 15 р. за шт. из родового имения Блонь под Пуховичами». Да уж — насадил дедушка революционный садик, а яблочки кушали другие…

Артист Евстигней Мирович, закаленный борьбой за славу и деньги в мире петербургского неакадемического театра, начал сражать губернский Минск столичной отточенностью легкого жанра. (Как если бы агрессивный хищник Александр Невзоров с Ленинградского телевидения случайно заплыл в покрытое тиной БТ.) Уже 23 сентября 1919 года в рубрике «Театр и музыка» газета «Минский курьер» радостно сообщила:

В непродолжительном времени в Камерном театре начнутся спектакли русских миниатюр («русских» — должно было звучать завлекательно на фоне изобилия польских и еврейских спектаклей. — С.К.). Будут поставлены музыкальные драмы и комедии, драматические этюды, оперетки и проч. Антреприза миниатюр пригласила в качестве режиссера небезызвестного автора г. Мировича, которым издан в последнее время ряд новых сочинений на злободневные темы.

«Билеты на спектакли служат пропусками» — подчеркивалось в объявлениях для зрителей-минчан, которые домой вынуждены были возвращаться под присмотром патрулей польского военного коменданта. Впрочем, генерал Люциан Желиговский — уроженец белорусского местечка Ошмяны и бывший царский офицер — достаточно благоволил русскоязычной культуре. Поэтесса Зинаида Гиппиус тепло отозвалась о нем в своих минских воспоминаниях.

В заметке «Камерный театр» газета поведала 9 октября:

Спектакли труппы Петроградского Интимного театра проходят с художественным и материальным успехом (последние пять слов — устойчивый оборот из тогдашнего театрально-газетного жаргона. — С.К.). Программы последних спектаклей были очень разнообразны и удачны. Впервые минчане увидели автора в его известной пьесе «Вова приспособился», прошедшей с большим успехом при несмолкаемом хохоте публики. Весьма оригинально была поставлена нашумевшая опера-шарж «Иванов Павел». Сегодняшняя программа обещает быть очень интересной: в программу входят пьесы Е.А.Мировича, Аркадия Бухова и инсценировки из «Летучей мыши». В скором времени поставлена будет последняя новинка Е.А.Мировича «Вова–революционер».

Здесь мы наконец вспомним Вовочку…

Продолжение следует.

Оставить комментарий