БАЛ КАНН-КАНН, БЕРЛИН, МОСКВА

По большому счету, жить в иллюзии кинофестиваля можно круглый год, если не отвлекаться по мелочам. Берлинале, Оскар, Каннский кинофестиваль, Кинотавр, Московский кинофестиваль, фестиваль в Карловых варах, в Венеции… Эти и прочие уголки цивилизации, расширяя кругозор и географию путешествий, выстраиваются в замкнутый круг красных ковров, золотых наград и перламутровых завитушек на платьях гостей, ради которых у подножья любого фестиваля сверкают жадными до зрелищ глазами тысячи зевак и папарацци.

В первое время нормальным является состояние ступора, потом адаптация, затем зависимость и, наконец,… усталость. Но это после, а пока расставим акценты на главных событиях первого полугодия – Берлин (февраль), Канны (май), Москва (продолжается до 29 июня).

К сожалению или без оного, Беларусь не является частым гостем и участником кинофестивалей, поэтому статус имеет скорее экзотический, чем примелькавшийся. Наибольшее количество представителей центрального европейского государства доезжает до Союзного государства и сливается с местными жителями. До Германии добирается чуть больше десятка, а до Франции в этот раз доехало всего четыре журналиста, след которых безнадежно терялся в многотысячной толпе. Это то, чем мы отличаемся от других участников. А чем именно отличаются друг от друга фестивали этого года, можно отметить пунктирно.

КОНКУРСНАЯ ПРОГРАММА

Дать характеристику соревнующимся фильмам в паре обобщений невозможно, но еще сложнее наверняка предсказать чью-либо победу. Так, например, в основном конкурсе Берлинского кинофестиваля участвовала 21 картина из полутора десятка стран. В состязании между острыми социально-политическими историями и не менее острыми межличностными отношениями на первый план с «золотым медведем» неожиданно вышел бразильский фильм «Элитный отряд» Жозе Падильи. В то же время потенциальные фавориты, вроде картины «Нефть» Пола Томаса Андерсона, удостоились второстепенных призов, но, тем не менее, обделены вниманием жюри не были.

Латинская Америка не сдала своих позиций, приехав в Канны, где золотую ветвь за главную мужскую роль вполне предсказуемо с честью и достоинством ухватил Бенисио дель Торо за роль Эрнесто Че Гевары в фильме Стивена Содерберга. Многочасовая повесть о революционных междометиях демонстрировалась публике четыре часа подряд с перерывами на бутерброды. После церемонии закрытия фестиваля, которая по совпадению стала церемонией реинкарнации Че, подмигивая и откровенно флиртуя с журналистами, Бенисио целиком и полностью посвящает свою победу Эрнесто: «Не было бы его, не было бы и этой награды». Несмотря на существующий road movie об идеалистической натуре доктора-революционера «Дневник мотоциклиста» Уолтера Саллеса и на присутствие самого Уолтера Саллеса и Гаэля Гарсия Берналя (юношеская версия Эрнесто), ощущение того, что Че обрел второе утвержденное лицо в глазах публики, появилось именно сейчас.

Теперь настала очередь Москвы определиться со своими героями. На 30-м юбилейном Московском международном кинофестивале выбор предстоит сделать из 16 конкурсных картин, среди которых, наконец, полноценно представлены и сами россияне в лице Кати Шагаловой («Однажды в провинции») и Сергея Овчарова («Сад»). Конкурсная программа, что характерно для России, трогает за душу, раскрывает нелепицы либо национальные особенности, будь то российская глубинка, абстрактный «Абсурдистан» Файта Хелмера или «Мао Цзэ Дун» из Албании Бесника Биша. Реалистичные и утрированные истории, экранизации Гюстава Флобера («Простая душа» Марион Лэйн) и Антона Чехова, возвращение назад в СССР с фильмом Романа Балаяна «Райские птицы» или во времена хиппи «На семи ветрах» Гудни Халльдоурсдоттира – часть вариаций для споров среди жюри.

ПЕРСОНАЛИИ

Чем Москва искренне порадовала на общем фоне, так это мастер-классами. Примерно тем же, чем в Каннах занимался Квентин Тарантино, в российской столице занимались Такеши Китано и Питер Гринуэй, что ставит Россию на альтернативную позицию по отношению к французской версии. На следующий день после встречи с журналистами Бит Такеши пришел в теплые и самонадеянно-язвительные объятия студентов ВГИКа, чтобы по-японски сдержанно, но честно и обстоятельно ответить на вопросы талантливых последователей или напрасных мучеников от кино: «Я сам мало что знаю, поэтому мало чем могу быть полезен. Но тем, что знаю, тем и поделюсь…» – скромно начал режиссер. «Я вообще в нежном детском возрасте и думать не думал про кино, потому как пределом мечтаний была профессия техника-инженера в компании «Тойота», и, поступив в институт, я пытался эту мечту реализовать…». О том, чем закончилась самореализация, Такеши рассказывал в течение часа, а в завершение получил приз 30 ММКФ «За вклад в развитие мирового кинематографа» и личный подарок от студентки, которая, по ее словам, ждала этого дня десять лет. Как выяснилось, не напрасно.

Пару дней спустя Питер Гринуэй в просторном помещении одного из столичных заводов в рамках «Медиа-форума» устраивал лекцию на тему «Кино умерло… Да здравствует кино!», во время которой наглядно и повествовательно объяснял, что происходит в мире мультимедиа и живописи. Финалом события стал анонс его нового фильма под названием… «Ночной дозор», на который его вдохновила картина Рембрандта: «Она настолько дорогая, что не поддается страхованию. В первый день в музей нас сопровождали шесть охранников. Во второй раз – только трое. Затем остался всего один. А через неделю они вручили мне ключи от музея, чтобы я мог любоваться ею днем и ночью». После игр со светом и тенью над работой великого художника Питеру ничего не оставалось, как разглядеть за ее полотном заговор и убийство. А заговор и убийство вынудили его снять собственную картину. Никто из российских журналистов так и не заикнулся вслух пошутить, мол, у нас уже есть свой «Ночной дозор», но между собой настойчиво шептались и хихикали. С английским достоинством, ироничным юмором и откровенными провокациями гость и наставник провел более часа в стенах завода, раздал автографы и ушел в тень на сутки, чтобы на следующий вечер вернуться с перформансом.

ОСТОРОЖНО, ДВЕРИ ОТКРЫВАЮТСЯ. И ЗАКРЫВАЮТСЯ

Фильмы открытия и закрытия фестивалей – тема отдельная и чаще всего тематически алогичная. Главное – громко начать! Берлин для этих целей выбрал фильм Мартина Скорсезе в сопровождении полного состава «The Rolling Stones». В Каннах первыми на фестивальную тропу вступили косолапыми лапами панды и их предводитель – Джек Блэк, чей голос играет главную роль в мультфильме «Кунг-фу панда». В Москве гостями первого вечера стал Уилл Смит и Шерлиз Терон, представляя картину «Хэнкок». Здесь же, в свою очередь, не менее важно громогласно окончить событие – для этих целей приглашен завсегдатай ММКФ Эмир Кустурица с привезенной из Канн картиной о Диего Марадоне. Расчет оказался удивительно своевременным и точным: показать спортивно-патриотический фильм о биографии футбольной легенды в тот момент, когда Москва переживает многоразовые оргазмы на Арбате в связи с чередой побед сборной России на чемпионате Европы, – редкая удача. В то же время основной музыкальной темой фильма является песня Sex Pistols «God Save the Queen», под которую мультяшный Марадона забивает голы головами английских королевских особ, включая королеву-мать. И, кто бы мог подумать, на этой же неделе случается концерт поседевших панков Sex Pistols в российской столице. Москва не может похвастать огромным количеством приезжих гостей, но определенные козыри в рукавах мелькают.

Оставить комментарий