ОХОТА НА ОХОТУ

Если что и способно напомнить человеку о его связи с первобытным предком, так это тяга к охоте. Открытие весеннего охотничьего сезона вызывает у многих мужчин жгучее желание закупиться патронами, обзвонить старых друзей, и, оставив хранительниц очага у кастрюли с супом, рвануть на природу, погонять по венам адреналин. Почему люди стреляют в животных, постарался узнать корреспондент «ЭН», проведя сутки в компании охотников.

НЕВКУСНЫЙ ТЕТЕРЕВ

Из Минска мы выезжали в час ночи. Машина мчалась по шоссе, чтобы вовремя успеть к утренней охоте на пойме Днепра неподалеку от Жлобина. Пятого апреля в Беларуси открылась охота на вальдшнепа. Немногим раньше – на гуся. Собственно, эти птицы и были основной целью компании, в которой я оказался. В машине говорили о пернатых и диких обитателях леса. «Кабан очень умный зверь, – рассказывал представитель «Белорусского общества охотников и рыболовов» (РГОО «БООР») Игорь Храмов. – Его трудно «достать». Нет ничего страшнее, чем раненый кабан. У тех, кто ему попадались, сохранилось одно воспоминание – страх. Кабан обычно нападает один раз, а потом уходит. Убить кабана сложно. Можно много раз ранить, но если он уйдет, то оклемается». Ехать оставалось еще три часа. На стадии рассказа Игоря о невкусном мясе тетерева я уснул.

РАНЕНАЯ ПТИЦА

К месту охоты мы приехали засветло. При свете автомобильных фар охотники переоделись в рыбацкие резиновые костюмы, куртки защитного цвета и стали заходить в воду. Надев резиновые сапоги по колено, я последовал вслед за ними. Дно оказалось ухабистым. Уровень прыгал. Впереди охотники шли уже по пояс в воде. Резиновые костюмы спасали. Попробовав обойти глубину, я через пять метров благополучно набрал полные сапоги воды и был вынужден вернуться на берег. К берегу подъезжали машины. Экипированные охотники докуривали сигареты и с ружьями наперевес входили в разлив. Ступая по неровному дну, они выбирались на островки к заранее заготовленным засидкам-шалашам. Спрятавшись в них, охотники садились на землю и начинали выжидать птиц. Высоко в небе появились первые косяки гусей, летящих на кормовые поля. Со стороны островков послышались хлопки выстрелов. Моемому дилетантскому уху они напомнили звуки выбиваемого ковра. И вот из клина выделяется одна птица. Она снижает скорость. Летит вперед. Издает крик. Видно, что гусь ранен. Птица не перестает сопротивляться. Планирует, словно подбитый самолет. Врезается в кустарник и исчезает в ветвях. Слышны всплески воды. К птице бегут охотники.

15 ТЫСЯЧ ЕВРО ЗА ОЛЕНЯ

«Гуси сегодня летят высоко, – выйдя из воды, объясняет неимение за плечами связки из птиц охотник Александр Битус. – Много людей. Начинают рано стрелять и пугают птицу». Всякий лишний шум заставляет гуся насторожиться. Гусь – птица осмотрительная. Внутри стаи выделяется даже своя разведка – сторожевые. Поэтому готовиться к охоте на гуся нужно тщательно. «Я в прошлом году в Сербии охотился, – вспоминает Александр. – Охотился на оленя, кабана, лань. Вышел на меня олень, я спрашиваю у егеря: «Сколько он стоит?». Егерь посмотрел на оленя и говорит: «15 тысяч евро». Я за такие деньги в Беларуси буду 5 лет каждый месяц по оленю стрелять!». К нам подходит охотник Виктор Максименко. Он охотился с берега, но гуся не добыл. «Прошелся к лесу, – говорит Виктор. – Пойду, думаю, посмотрю. Вижу – козы пасутся. Ну, буквально, в восьмидесяти метрах от меня. И что интересно! Подхожу-подхожу, осталось метров тридцать. Раз – на меня смотрят. Я замер, не шевелюсь. Они стоят, а потом начинают траву щипать. Только шевельнусь – они опять голову поднимут и смотрят». Вскоре из воды появились и другие охотники. Им повезло больше – в руках одного из них были гусь-гуменник и два селезня. Компания в сборе. Мы садимся по машинам и едем в лес на пикник. Какая охота без спиртного!

ПОДБИТЫЙ АИСТ

Усевшись вокруг богатой провизией скатерти, мы выпиваем по железному наперстку водки. Все разговоры крутятся вокруг темы охоты. Охотники вспоминают, как ходили на кабана. А один из них рассказывает, как однажды случайно подстрелил аиста – птицу, занесенную в Красную книгу. «Кто-то мне под руку крикнул: «Цапля!». Я прицелился… Бу-бум! Потом с этим аистом было много хлопот». Истории охотников как-то по-детски беззаботны. Взрослые мужчины, многие из которые имеют свой собственный бизнес, рассказывают с куражом, заливаясь от смеха. Словно те мальчишки, которые делятся курьезами футбольного матча двор на двор. Отдохнув на лесной поляне, мы едем на дачу к Виктору Максименко. Несмотря на то, что в доме Виктора есть газ, охотники ставят во дворике треногу, вешают котелок и разжигают костер для варки шурпы (охотничий суп – прим. авт.). Вот в котелке уже плавает утка. Охотники идут спать, ведь впереди вечерняя охота.

ОХОТА НА ГРИБЫ

На вечерней охоте мне повезло больше – достались высокие сапоги. Полчаса барахтанья в воде в поисках мели, и мне удалось добраться до засидки Александра Битуса. Александр заканчивал с маскировкой шалаша. Погода портилась. Тучи сгущались, а гусей все еще не было. Самый старший из нашей компании охотников, Александр стал заниматься охотой еще в 1964 году. Туда его взял отец. «Раньше люди-то как охотились, – вспоминает Александр. – Те, что прошли войну, перед охотой выпивали по граненому стакану водки. Потом по второму – и вперед, охотиться. Вот с такими людьми я впервые и ходил на зверя. Идем по лесу, и вдруг пробегает кабан. Охотник выстрелил – промазал. Мужчины стали его ругать. Отец мой и говорит: «Отдай ружье Сашке». Охотники посмеялись: «А что пацана ставить! Он ствол еще не умеет держать». Я тогда в 9-м классе учился. Дал мне батька ружье. И тут сорока на ветку села. Я по ней – убил. Мужики говорят: «Случайно». Вторая вылетает. Бам! И ее убил». Спустя три года Александр завалил своего первого кабана. С той поры охота – его любимый отдых. По мнению Александра, в охоте главное – коллектив. «Для нас не самое важное – убить зверя. Это как раз стоит на втором-третьем месте. Главное – это встретиться, отдохнуть на природе. В прошлом году поехал на охоту – два ведра грибов привез. Смотрю, шляпки торчат. Ствол повесил и стал грибы резать. Охота – это общение с природой. Эмоциональная и физическая нагрузка. Когда ты участвуешь в загоне зверя, в день проходишь 15-20 километров. И не просто проходишь – пробегаешь. Это адреналин. Убили, не убили – другое дело. У нас-то почти каждая охота заканчивается добычей зверя. Опытный коллектив. Но бывает так, что есть возможность добыть 10 кабанов, но мы берем одного или двух. И то не я всегда стреляю. Вот ходит свиноматка с поросятами – я оружие отставляю, достаю фотоаппарат и фотографирую».

ВКУС ШУРПЫ

Вечерняя охота оказалась куда более удачной на добычу. Уже кромешным поздним вечером в воздухе все еще были слышны звуки выстрелов. Охотники вошли в азарт. Стоя на берегу, я разговаривал с Виктором Максименко. «Ну, после такой пальбы, наверное, настреляли гусей, – смеялся охотник. – Лично мне больше по душе охота на зайчика. Тут стоишь, птица пролетела – выстрелил. Она тебе в шапку и упала. А за зайчиком побегать надо». Я спрашиваю Виктора, как относится к охоте его жена. «Честно сказать, недолюбливает она мое увлечение. Но мы сражаемся. Иду на охоту, просыпаюсь в три часа утра. И она просыпается. Сон ей перебил. Или нужно ей подъехать за саженцами, а я охочусь. А насчет добычи говорит, что лучше бы мясо в магазине покупал». Охотники вернулась с тремя утками. Уставшими, но в то же время счастливыми, отдохнувшими душой. И если я и не прочувствовал до конца вкуса охоты, вкус попробованной перед отъездом шурпы пришелся мне по нраву.

Оставить комментарий