ГИМНАЗИЯ У ПЕРЕКРЕСТКА

Петр Самойлик, выпускник Минской мужской гимназии 1914 года, вспоминал, что за время учебы у них переменилось немало преподавательниц французского языка. Объяснение простое: едва начав службу, эти миловидные барышни стремительно выходили замуж и, становясь дамами, приступали к пополнению семейства.

В памяти гимназистов остались имена: Эмилия Альфонсовна Д’Альбаре, Ирина Александровна Рубцова, Людмила Степановна Левицкая, Ксения Константиновна Пионье (известно о ней было то, что окончила курс Дижонского университета), г-жа Осташевская…
Ну разве можно было в присутствии этих милых созданий совершать деяния вроде того, которое однажды попало в «Книгу записи проступков учащихся»:
Шабад кушал на уроке французского языка чесночную колбасу.
— Quelle horreur! — Какой ужас!
В стенах дома № 21 на Губернаторской улице гимназисты проводили вместе с приготовительным классом девять лет. Обязательными предметами были русский язык и литература, история, география, законоведение, основы философии, алгебра, геометрия, тригонометрия, физика, химия, космография, естествоведение, психология, закон Божий, немецкий и французский языки, латынь. К началу 1910-х годов древнегреческий исключили из программы, но зато обязательной для всех классов стала гимнастика, а для старшеклассников — начальная военная подготовка. И были еще необязательные предметы: гигиена, музыка и живопись…

Результатом становилось то, что выпускник классической гимназии имел основательную общегуманитарную подготовку, которая примерно соответствовала знаниям студентов младших курсов нынешних педагогических вузов. Вместе с аттестатом зрелости юноша получал начальный чин 14-го класса, имел право приступать к гражданской службе (например, чиновником губернского правления или учителем начальной школы) и теоретически мог дослужиться до губернаторского поста — высшее образование для этого требовалось в общем-то формально.

Но, чтобы вернуться в свою гимназию преподавателем, нужно было окончить университет. Поступление на государственную педагогическую службу практически всегда означало чиновный рост в зависимости от выслуги лет «по министерству народного просвещения». Принцип такой: вскочить в классный вагон, а дальше он вас везет…

Для примера рассмотрим, из чего в предвоенном году состояла работа и зарплата надворного советника (гражданского подполковника; на публикуемом портрете он с петлицами уже статского cоветника) Владимира Антоновича Климонтовича. Этот человек — тип педагога-труженика, который тянул воз нагрузок. В Минской гимназии Климонтович вдобавок к преподаванию математики исполнял обязанности инспектора (завуча). Годового жалованья у него было 750 рублей, квартирных — 675, за 12 уроков математики — 900, за преподавание в параллельном отделении — 350, надбавка за 2 пятилетия педагогического стажа — 800 рублей. Всего годового содержания — 3475 рублей, или 290 в месяц. Наверное, это были неплохие доходы, если знать, что, например, овчинный полушубок в ту пору стоил 10 рублей…

Но вот что примечательно: в той же гимназии почти столько же получал учитель чистописания и рисования К.Я.Ермаков, ибо по выслуге лет Константин Яковлевич имел чин статского советника (бригадира или полковника). Теперь сравним. Завуча-математика Климонтовича что ни месяц прорабатывают в управлении Виленского учебного округа («облоно») за качество подготовки выпускников, а Ермаков тридцать лет начинает уроки в младших классах одним и тем же: «Дети, сегодня будем рисовать кувшин».

Оба этих педагога средней школы принадлежали к среднему классу стотысячного губернского города Минска. На учительскую зарплату невозможно было жить в двухэтажном особняке (если он только не достался по наследству), а вот нанимать квартиру из 4–5 комнат считалось вполне обычным. Глава учительской семьи содержал неработающую жену, детей. Обязательной была наемная кухарка, она же — «прислуга за все». Собственный упряжной выезд был не по карману, а вопрос ежедневных поездок на службу решался с помощью постоянного извозчика, который в назначенное время подавал за 20 копеек пролетку к дому учителя.

Загородными имениями эти люди, как правило, не владели, однако на лето снимали дачу где-нибудь в Ратомке или Веселовке. Отдыхать в Ниццу не ездили, но зато семейную поездку в Крым или на Кавказ могли позволить каждый год. В обычае учителей классических гимназий было хотя бы единожды в жизни посетить Афины, Рим, Париж.

Очевидно, по части путешествий — на казенный кошт! — лучше всех был устроен статский советник (на портрете он с петлицами коллежского советника) Петр Алексеевич Костров — учитель географии и истории. Дело в том, что годовой учебный план предусматривал по завершению периода классных занятий проведение двух экскурсий для гимназистов: одной ближней — куда-нибудь в пределах Минской губернии, второй дальней — по просторам Российской империи.

Губернские экскурсии были, например, в Борисов — на спичечную фабрику. Или — в принадлежащее Наркевичам-Иодко образцовое сельскохозяйственное имение Турин близ станции Пуховичи. А затем на срок около трех недель выбирались в дальнее путешествие: плавали пароходом по Волге, ездили в Петербург, на Русский Север, в Крым…

Изучаю в архиве протокол заседания педсовета гимназии за 11 февраля 1914 года и вижу, что к нему приложен рапорт учителя географии Кострова о предполагаемой летней поездке на Урал с учениками 4–7 классов. Наверное, все же успели провести ту экскурсию до начала войны…

А кроме «понятной» географии, изучали мудреную дисциплину: философская пропедевтика (от греческого слова propedeo — предваряю, подготавливаю) — предварительный цикл лекций, ознакамливающий с особенностями философских учений. Это было уже в шаге от университетской науки, посему приглашался в гимназию особенный преподаватель философской пропедевтики и психологии В.П.Соколов. В памятном фотоальбоме он один из немногих, кто одет не в форменный сюртук, а в партикулярное платье.

Свободный ученый Соколов получал в три раза меньше учителя чистописания Ермакова — чиновника министерства просвещения и «целого полковника». Пример сосуществования двух преподавательских кланов…

ИЗ ГИМНАЗИЧЕСКОГО ЗАДАЧНИКА ПО АРИФМЕТИКЕ:

Один работник, служащий на фабрике, в течение года (365 дней) работает средним числом по 26 дней ежемесячно и получает плату только за рабочие дни. Расходы на прокормление, одежду и наем квартиры ему обходятся ежедневно по 45 коп. По истечении года у него составилось сбережение в 210 руб. 15 коп. Сколько получает он за рабочий день?

2
Оставить комментарий

  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
Геннадий

Сколько получает он за рабочий день?
1.2 в день или 10 коп/час

В тоже самое время продавщица из рассказов О’Генри
получала $5 в неделю

Юрий

Для справки: дворянка Ксения Константиновна Пионье умерла 10 марта 1912 г. в Севастополе от туберкулеза. Похоронена в Минске