ПЕРВЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ…

90-летие Всебелорусского съезда 1917 года

Завершаем знакомить читателей с материалами исторического Всебелорусского съезда. В основе публикации лежит отчет, который сделал участник событий капитан Евгений ЯРУШЕВИЧ. Текст подготовил к печати историк Виталий СКАЛАБАН. Автор комментария журналист Сергей КРАПИВИН.

III. «ПРИКАЗАНО СЪЕЗДУ МОЛЧАТЬ!»

8-го декабря
Заседание открывается в 12 ч. 20 м. дня. Председательствует Савич.
Смолич. Предлагается советом старейшин послать телеграмму в деревни, извещение об открытии съезда.
Секретарь читает проект телеграммы в Петроград [Белорусскому] областному комитету. Делается поправка, что сейчас на съезде около 500 депутатов. Текст телеграммы принимается.
(В этот день продолжали поступать и зачитывались из президиума приветствия съезду, открывшемуся накануне 7 декабря — прим. ред.)

От воен. поляков Зап. фронта. (представитель говорит по-польски). Белорус должен жить так, как он желает. Мы должны радоваться, что поднимается свободный народ Белоруссии. Наши интересы совпадают. Мы будем добрыми соседями. Мы думаем, что полякам, живущим в вашей стране, будет предоставлена полная свобода.

Гриб. Мы будем жить с поляками дружно. Да живет Польская Республика! (Аплодисменты) <…>

9-го декабря

Зал Дворянского собрания. 5 ч. 25 м. вечера. Председательствует Савич. Производится поверка мандатов. На очереди выбор президиума. <…> Хозяйственная комиссия остается в прежнем составе, но вводится еще 3 члена от [Белорусского] областного комитета г. Петрограда.
Савич предлагает выслушать сейчас доклад т. Бонч-Осмоловского по земельному вопросу. (голоса «Просим!», бурные аплодисменты). <…>

10-го декабря

4 часа дня. Председательствует Рак-Михайловский. <…>
Алексюк говорит, что за неимением места для заседания съезду приходится кочевать и, указывая на дом бывшего Дворянского депутатского собрания, предлагает таковой реквизировать и объявить собственностью белорусского народа.
Предложение принято со следующей формулировкой:
«Всебелорусский съезд постановил дом бывшего Минского Дворянского депутатского собрания со всеми надворными постройками, пристройками, движимым и недвижимым инвентарем отныне объявить национальной собственностью Белорусского народа. Президиуму поручено принять меры к освобождению дома для занятия такового съездом». <…>

11-го декабря
Целый день шли работы в секциях и фракциях съезда.

12-го декабря
Заседание открывается в 5 часов вечера. Председательствует Савич. <…>
Шило. Только что говорил по прямому проводу с Киевом. Украинский Комиссариат и Украинская Рада приветствуют всебелорусский съезд (бурные аплодисм. переходят в овацию).
Середа делает внеочередное заявление от имени политической секции о немедленном обсуждении вопроса о вмешательстве в мирные переговоры [в Бресте] с целью отстоять интересы Белоруссии.

Воронко. Из литовских источников и из правительственных сфер поступают сведения, что судьба Гродненской и Виленской губерний решена. Их предполагается присоединить к Литве. Войдите в положение беженцев, которые покинули свои хаты и не смогут вернуться на свои места. Не нужно ждать, пока Белоруссия сорганизуется. Без вас Белоруссию разделят. Смотрите, чтобы вас беженцы не обвинили в измене. Вопрос о Гродненской и Виленской губерниях — вопрос жизни и смерти Белоруссии.

Костевич. Необходимо по прямому проводу снестись с комиссаром т. Троцким и узнать суть переговоров в части касающейся Белоруссии. <…>
Проф. Карский. Немцы как будто признают принцип самоопределения, но как это будет проведено? Масса беженцев ушла из Гродненской и Виленской губерний. Оставшаяся часть жителей в занятой области выселена в Германию. Осталось ничтожное количество населения. Германия их может заставить признать власть Литвы. Необходимо немедленно узнать от т. Троцкого суть переговоров. Необходим контроль над мирными переговорами. Мной уже составлена карта Белоруссии, в которой точно обозначена граница расселения белорусов. <…>

Сушинский предлагает немедленно объявить Белорусскую Республику и самим начать переговоры [с Германией].
Жилунович предлагает избрать делегатов на мирные переговоры и тогда довести до сведения т. Троцкого.
Голосованием принято: 1) поручить президиуму переговоры с тов. Троцким; 2) послать в Петроград делегатов для постоянной информации; 3) послать делегатов на мирную конференцию. (Увы, Троцкий не допустит участия белорусской делегации в переговорах в Бресте. — Прим. ред.)

14-го декабря
Заседание открывается в 4 ч. 55 м. вечера
Избирается хозяйственная комиссия <…> Постановлено: <…> 19) Выдавать суточные в размере 2 рублей лишь делегатам, не получившим денег от организаций их пославших и кроме того — всем обеды. <…>
Председателем съезда избирается товарищ Середа (единогласно), товарищами (заместителями. — Прим. ред.) председателя т. Вазилло (против 11, возд. 45), т. Прушинский (прот. 3, воздерж. 20) <…>
Середа. Благодарю за доверие нам. Мы собрались сюда, чтобы выяснить все нужды Белоруссии и возродить родную страну. <…>
Савич говорит, что суточные в размере 2 рублей недостаточно — необходимо 3 рубля.

Вазилло. Направить все свои силы, чтобы обойтись без суточных, так как средств почти совершенно нет. Лучше поголодать немножко. Суточные выдавать только действительно нуждающимся.
На очереди оглашение [текста] переговоров президиума съезда с Петроградом по прямому проводу.
«Сталин. У аппарата народный комиссар по национальным делам Сталин. Чем могу служить?

Савич. У аппарата товарищ председателя съезда Савич. Ввиду появившихся в печати сведений о том, что в Бресте на мирных переговорах одной из сторон предложено включить Белоруссию в состав Польши, я уполномочен Всебелорусским съездом запросить официально: 1. Насколько достоверны эти сведения?; 2. Как смотрит на этот вопрос правительство Народных Комиссаров?; 3. Какова позиция, занятая правительством Народных Комиссаров по отношению к этому вопросу? Будем ждать у аппарата.
Сталин. Через полчаса дадим вам ответ.
Савич. Хорошо.
Проходит 1/2 часа. Сталин. Говорит народный комиссар Сталин: ни одной из сторон в Бресте вопроса о Белоруссии не обсуждалось. Декларация нашей мирной делегации была опубликована в свое время. Основы декларации: никакого насильственного удержания народов в рамках какого бы то ни было государства, народу обеспечивают право свободного самоопределения путем референдума; вывод войск, создание временного правления из демократически избранных представительств данного народа, возвращение беженцев на родину для участия их в референдуме. По вопросу о Белоруссии могу сказать то же самое, [что] и обо всех прочих народах России, т.е. полное самоопределение вплоть до отделения. Если трудовое население областей России выскажется за Федеративный строй, то Совет Народных Комиссаров ничего не будет иметь против этого. По вопросу о мирных переговорах могу сообщить следующее: только что получено от Германии из Бреста, где они в общем согласны на наши условия. Ответ будет опубликован завтра. Вообще белорусские товарищи не должны беспокоиться, они должны знать, что Совет Народных Комиссаров будет защищать интересы трудовых масс Белоруссии всеми средствами. Вестям буржуазных газет просим не верить.

Савич. Скажите, как может быть создано временное демократическое правление без самоопределения? Время не ждет, а если Учредительное Собрание отклонит Федерацию? Будет ли ответ на данный вопрос?
Сталин. Учредительное Собрание не имеет и не может иметь никакого права на запрещение самоопределения народа. До свиданья.
Савич. Всего хорошего».
Аплодисменты небольшого числа членов съезда.

Проф. Карский. Не преждевременно ли аплодировать? Ответ [Сталина] двусмысленный. Какой может быть референдум? Без разъяснения народу референдум будет неправильным. Белорусы-католики Илукстского уезда могут признать себя поляками. То же можно сказать и про части Виленской и Витебской губерний. Нужно передать этот вопрос для детального обсуждения в политическую комиссию.

Голосование: вопрос передается в комиссию. <…>
Священник говорит, что белорусский национальный вопрос — затея буржуазии, никакого деления [не должно быть] на белорусов, малорусов и великорусов и т.д. Поднимается шум, крики «долой, вон!».
Вазилло дает отповедь «свя­щеннику-большевику», встреченную бурными аплодисментами. <…>

15-го декабря
Заседание открывается в 6 ч 40 м. вечера. Председательствует Середа. <…>
Канчер. <…> Белоруссии грозят ужасы. Поляки-империалисты стремятся к воссозданию Польши. Военная мощь армии ослабевает, так как армия погрузилась в политику. Польские легионы распределены по Белоруссии. Говорят о Белоруссии как о землях, являющихся достоянием польского государства. Польские помещики привели свою силу. Вот причины, которые поставили вопрос о созыве съезда. Мы решили действовать. <…> У нас есть свои большевики, а не пришлые будут устраивать нашу страну, и наши белорусские большевики не дадут в обиду нас. Цель съезда [—] организация Белоруссии, взять все в свои руки. <…>

16-го декабря
Заседание открывается в 7 часов вечера. Председательствует т. Середа. <…>
Иодо. У нас есть власть, которая где-то в Петрограде издает декреты и пишет законы. Мы, представители Виленской губ., решили сами взять власть в свои руки. Мы хотим создать свою демократическую власть, которой и поручить созвать Всебелорусское Учредительное Собрание. <…>
Коханович. К сожалению, среди нас нет единения. Откладывать нельзя. Мы немедленно должны решить, ибо за нас может решить Вильгельм или польские легионы. <…>

17-го декабря
Заседание открывается в 9 ч. 15 м. вечера. Председательствует Середа. <…>
Во время перерыва обнаружен один из членов съезда с подложными документами. Производится проверка мандатов с выходом через дверь [поодиночке].
Заседание возобновляется в 1 ч. 15 м. ночи.
Секретарь читает резолюцию, которую предлагает совет съезда:
1) Всебелорусский съезд в количестве свыше тысячи человек, представленных крестьянством, солдатами, рабочими и всеми демократическими организациями целого края, обсудив тяжелое положение всей Российской Демократической Федеративной республики и особенно критический момент для Белоруссии, признал необходимым:

1. Закрепляя свое право на самоопределение, провозглашенное Российской Революцией, и утверждая демократический республиканский строй в пределах Белорусской земли, для спасения родного края и ограждения его от раздела и отторжения от Российской демократической федеративной Республики, 1-й Всебелорусский съезд постановляет: немедленно образовать из своего состава орган краевой власти в лице Всебелорусского Совета крестьянских, солдатских и рабочих депутатов, который временно становится во главе управления краем, вступая в деловые сношения с Центральной властью, ответственной перед Советом Рабочих, Солдатских и Крестьянских Депутатов. <…>

5. Совет своим возникновением сосредотачивает в себе все функции ответственного управления краем, тем заменяет обязанности, доселе выполняемые отдельными организациями. (Выделено нами — фактически это заявление об отстранении от власти минских большевиков. — прим. ред.) <…>

В момент чтения резолюции (первый пункт будет принят единогласно. — прим. ред.) в зал заседания вошли представители Совета народных комиссаров Кривошеин и Резауский и, подойдя к президиуму, заявили о своем желании сделать внеочередное официальное заявление. Одновременно президиуму было доложено, что здание, в котором заседает съезд, оцеплено войсками и у всех выходов стоят часовые.

На просьбы председателя съезда Середы предъявить документальные полномочия и указать, в чем заключается их официальное заявление, Кривошеин и Резауский пояснили, что документальных полномочий они с собой не захватили, что таковые они могут представить на другой день и что сущность их заявлений станет известна всему съезду из их дальнейших действий.

В это время среди участников съезда послышались негодующие возгласы и призывы продолжать прерванную работу. Во избежание осложнений президиум уполномочил для переговоров одного из секретарей съезда — Гриба, а тем временем съезд приступил к рассмотрению оглашенной ранее резолюции и при бурных овациях единогласно вынес следующее постановление:

«Всебелорусский Съезд, со­­б­рав­шийся в Минске-Белорусском, обсудив тяжелое положение страны и Белоруссии, закрепляя свое право на самоопределение, завоеванное Российской революцией, и утверждая демократический республиканский строй в пределах Белорусской земли, в целях ограждения целостности Белоруссии в составе Российской Федеративной Демократической Республики постановил:

выделить из своего состава орган краевой власти в лице Всебелорусского Совета крестьянских, солдатских и рабочих депутатов, которому вручил управление Белоруссией впредь до созыва Белорусского Учредительного Собрания».
Принятие остальных пунктов, оглашенных резолюцией, было прервано новым настоятельным требованием Кривошеина предоставить ему слово.

Установить содержание заявления Кривошеина президиуму съезда не удалось вследствие того, что Кривошеин был в явно нетрезвом виде. Последнее обстоятельство было с очевидностью для всего съезда обнаружено в бессвязной речи Кривошеина, допустившего такие не позволительные выражения, как «призываю президиум к порядку», «приказываю съезду молчать» и т. п.

В начале этой «речи» Резауский неоднократно прерывал своего коллегу, прося председателя съезда лишить его слова ввиду того, что Всебелорусский съезд объявляется закрытым и президиум его арестованным. <…>
Вооруженные солдаты силою продвинулись к столу президиума, арестовали председателя съезда и всех членов президиума и увели их из зала заседания.
Безоружный Всебелорусский съезд встретил этот грубый акт насилия мощным пением революционного гимна и немедленно избрал новый президиум. Заседание снова возобновилось.
В присутствии вооруженной стражи и г.г. Кривошеина и Резауского, арестовывавших в это время отдельных членов съезда, Всебелорусский съезд принял единогласно резолюцию протеста.

После принятия резолюции вооруженные солдаты по приказу появившегося в зале заседания начальника вооруженной силы г. Ремнева, некоторые с ружьями на руку, через баррикады из стульев и скамеек прорвались в группу членов съезда, окружавших новый президиум, и, угрожая штыками, арестовали последний.
Возникла борьба. Стали гаснуть люстры.
Чувствуя себя бессильным перед вооруженными насильниками, съезд сомкнутыми рядами и с пением похоронного марша двинулся к выходу сквозь строй штыков вслед за арестованными.
При выходе из Национального дома члены съезда были встречены отрядом кавалерии и двумя броневиками.
Во избежание бессмысленного кровопролития в темноте ночи делегаты разошлись отдельными группами.
Арестованными оказались: [список из 25 делегатов]. Во время разгона штыками были избиты прикладами члены съезда М.Б.Гольман, И.А.Красовский, З.А.Юрьева, И.Я.Воронко, И.А.Ма­монько. <…>

КОММЕНТАРИЙ

СЛАВА УПИВШИХСЯ ГЕРОСТРАТОВ

Большевистский нарком внутренних дел Западной области Людвиг Резауский устроил 7-го декабря провокационное «приветствие» съезду, назвал белорусский флаг «национальной тряпкой». Получив по шее прямо на трибуне, этот «терминатор» пригрозил «I’ll be back».

И действительно Резауский вернулся — через десяток дней. Причем «для контраста» он пустил впереди себя минского военного коменданта Кривошеина. Мол, вы, господа делегаты, в прошлый раз возмущались моей фигурой. Ну, так вы еще не знаете, каков бывает настоящий большевик! А вот кореш мой Коля Кривошеин — то действительно ужас…

Вспомним экранизацию булгаковской повести «Собачье сердце» — сцену, где Шариков в научной аудитории кривляется перед профессорами, хамит им под балалайку:
Подходи, буржуй, глазик выколю:
Глазик выколю — другой останется,
Будешь знать, г…, кому кланяться!

Наш профессор Карский — как литературный профессор Преображенский, а Кривошеин — это Шариков в Минске. Тип с двумя классами образования «нагибает» светил науки, глумится вообще над всеми. Историк писал о событиях ночи с 17 на 18 декабря в помещении Всебелорусского съезда: «П’яны Крывашэін падышоў да Зінаіды Юр’евай, „грэнадзерскага выгляду дзяўчыны”, і сказаў: „Ты, красотка, поедешь со мной в автомобиле”. Паводле адных крыніц, Юр’ева моцна пабіла Крывашэіна, паводле другіх — ледзь не застрэліла».

Вообще-то в белорусской военной истории отмечены два человека с именем Николай Кривошеин. Один служил в начале двадцатых годов старшим адъютантом в штабе «Зеленого Дуба» — антисоветской боевой организации. Тот Николай Кривошеин имел звание подпоручика, и «по определению» не мог участвовать в совместной пьянке с подчиненными рядовыми бойцами.

А вот Кривошеин-большевик свойски выпивал и закусывал 17 декабря в казарме 1-го Революционного имени Минского Совета полка (чего-то там они отмечали), и когда из резиденции Мясникова поступила команда «нейтрализовать» съезд, то он легко поднял солдат: «Пошли, братва, разберемся с буржуями!»

Советские энциклопедии напрасно умалчивали об этой легендарной личности, хотя, если судить по правде, то никак не проявил себя военный комиссар Кривошеин в сражениях с дивизиями Фалькенгейма, с легионами Довбор-Мусницкого. Поэтому биографическая канва выглядит поначалу бесцветной.

Кривошеин Николай Иванович — родился в 1885 г. во Ржеве, русский, образование низшее, с 1915 г. на Западном фронте, большевик. В Минске с 1917 года, член временного бюро ВРК Западного фронта, председатель исполкома Совета крестьянских депутатов Минской и Виленской губерний, почетный председатель Мозырского Совета крестьянских депутатов… С января 1918 г. заместитель председателя Минского Совета рабочих и крестьянских депутатов, с февраля член штаба Западного фронта, с декабря начальник гарнизона Минска…

Если череда должностей Кривошеина может показаться кому-то утомительной для чтения, то предложим текст позанятнее. Под прозрачным псевдонимом «Кривоносов» этот тип выведен в написанном в 1919 году А.Гзовским полудокументальном романе «Александр Мясникьянц (В стране красных людоедов)». Во второй части романа действие происходит в Минске начала 1919 года, а глава III имеет характерное название «Коммунисты кутят». Фрагмент текста:

«В шикарном номере гостиницы «Европа», занимаемом Арголиным, собралась вся м-ская «знать». <…> Поздоровавшись со всеми, [журналист] Петровский присел в уголок и начал наблюдать.
— Выпейте, товарищ! — вдруг обратился к нему полупьяный военный комиссар Кривоносов.
— Спасибо, товарищ, я не пью.
— То есть как это — не пьете?
— Очень просто: не пью ничего хмельного.
— Вот так здорово! А мы все пьем…
Кривоносов налил себе бокал водки, залпом осушил его и начал есть дорогую паюсную икру с белым хлебом.
— Если не пьете, так закусите что-либо, — предложила Борису Николаевичу какая-то стриженная девица.
— Спасибо…

Петровский хотел было отведать икры, но, вспомнив чей-то рассказ о том, что Кривоносов страдает сифилисом, не решился на это».
Реальный Кривошеин в мае 1919 года (хроника в «Звезде», № 447) принимает в Минске парад участников военного всеобуча, затем в июле отмечен под Барановичами в должности командира красноармейского отряда. И снова тогда белорусские земли были бездарно отданы оккупантам…

В 1930-е годы бывший минский губернский военный комиссар Кривошеин всплывает в Москве на должности начальника отдела «Союзтекстильшвейторга». Проживал он в хорошем доме по адресу: Арбатская пл., 1/3 – 28. И захотелось Николаю Ивановичу написать мемуары о том, как в годы революции он виделся с товарищем Сталиным, как самолично устанавливал Советскую власть в Белоруссии. Написал и сдал текст в Истпарт ЦК Компартии Белоруссии… О, дурак!

Не понимал Кривошеин, что его труд нарушает порядок обращения к личности вождя, что создателем истории партии (краткого курса) имеет право быть только сам товарищ Сталин. Между тем в Истпарте приняли на хранение рукопись старого большевика. И даже выплатили гонорар — сто рублей.
Сохранилось ответное письмо Кривошеина в Истпарт, датированное 21 июня 1936 года: «100 рублей получил, очень Вас благодарю».

За сотню рублей в 1936 году можно было купить ящик водки. В НКВД рассчитали, похоже, так: в ящике водки — 20 бутылок и, следовательно, выпьет Кривошеин на радостях этот ящик дней за двадцать. Вот тогда-то и следует его брать…
И точно: арестовали Кривошеина 11 июля 1936 года. «Приговорен ВКВС 4.10.1936 к ВМН по обвинению в к.-р. и тер. деятельности». Расстрелян 5 октября 1936 года. Труп кремирован, а прах сброшен в общую могилу № 1 на Донском кладбище в Москве.
Ныне старого большевика Кривошеина Н.И. поминают в общих списках как безвинную жертву сталинских репрессий. Официально реабилитирован 18 июля 1989 года. Да уж…

В Минске в ночь с 17 на 18 декабря 1917 г. состоялась репетиция разгона большевиками Всероссийского Учредительного собрания — событие произойдет в Петрограде 5 (18) января 1918 года.
Разгон Всебелорусского съезда явился первым шагом новоимперской политики применительно к Беларуси. Следом было заключение Брестского мира, в соответствии с которым Германия и РСФСР, не допустив к участию в переговорах представителей Беларуси, поделили между собой наши земли.
Но если большевики не защищают белорусский народ от германского вторжения, позорно сдают Минск в феврале 1918-го, то кто же нас защитит? Логичным в этой ситуации стало провозглашение Белорусской Народной Республики…

Оставить комментарий