ХОРОШО ИМЕТЬ ДОМИК… НА ДЕРЕВЕ

В деревне Камень Солигорского района 65-летний Николай Бородин все лето прожил на дереве. На разлапистом дубе Николай построил себе небольшой, но уютный домик, чем вызвал недоуменные и недвусмысленные улыбки местных жителей. Нет бы внукам помогать свеколкой да морковкой со своего огорода, так он в казаков-разбойников играет. И не только в казаков, но и в настоящего Казанову.

БЕЗ ГЕРОЯ ДНЯ

Бывший слесарь Николай уже давно на пенсии. Так же давно он оставил свою жену и детей, а сам стал жить в свое удовольствие. Солигорский кавалер Николай, записав свою городскую квартиру на себя, решил переселиться в деревню. В принципе, то, чего сегодня ожидают от городских жителей, – поголовная миграция в село, где созданы все мыслимые и немыслимые условия для жизни. Три года назад в деревне с мощным названием Камень, которая находится в получасе езды от города, Коля разыскал заброшенный участок с маленьким домиком. Дом построили предыдущие хозяева, разобрав ненужный ларек «Белсаюздрука». Этот участок и выбрал Николай. Любвеобильный солигорчанин рядом с домом построил специальное «ложе любви». Это маленькая постройка сарайно-шалашного типа, где умещается только самодельная кровать на двоих.

– А где сам Николай, что-то его нет ни в доме, ни в другом сооружении? – спрашиваем соседку Еву Федоровну, которая живет напротив.
– Да что же все так ездят на него и его домик на дереве смотреть? – искренне возмущается сельская жительница. – Ведь не с чего пример-то брать. Жену и двоих сыновей давным-давно бросил. Сейчас они уже выросли, у обоих дети, а он им не помогает. Построил себе дом и водит туда своих подруг.

Через полчаса к разговору присоединились соседи Николай Шишков и его жена. Усилиями всей деревни вспомнили, что на выходные Николай уехал к своей городской подруге Алле, у которой в субботу был день рождения. Ей исполнилось 43 года. Забросив на время деревенские дела, Коля поехал в солигорский ресторан праздновать событие.

– Жена у него, которую он бросил, работящая очень. Сама двух сыновей и вырастила. До сих пор ездит собирать дачникам свеклу и морковь за деньги. Помогает семьям сыновей. А он никогда ничем не помогал, только все гульки гуляет, в 65 лет-то. У него в каждой деревне по подруге. Привозит их иногда с собой, – рассказывает про странного соседа напротив Ева Федоровна, – и они же ничем не занимаются. У него есть проигрыватель, так они его вынесут, музыку включат и танцуют. Я ему даже три пластинки подарила.

– Ну и что, что у него женщин много, пусть бы хоть и пятнадцать… – продолжают сплетничать соседки, пока мы разыскиваем хозяина древесного дома по деревне.
– Я у него спрашиваю, чего ты, Бородин, жену бросил и по женщинам ходишь? А он мне так душевно отвечает, что все с санаториев началось. У него почка больная, вот и получал всегда проф­союзные путевки. Разъезжая по санаториям, он и понял, что есть другая жизнь. Отличная от семейной.

Во дворе наземного дома Николая роскошные многолетние деревья – груши, яблони и сливы.
– Ему эти деревья еще от прежних хозяев дома остались (дом, кстати, Николай не покупал, просто заселился в заброшенный – прим. автора). И что вы думаете, он хоть одним яблочком или грушкой внуков угостил? Нет, он соберет плоды, червивые они или полугнилые, перекрутит их, в бочку, и отнесет к другу, чтобы тот ему помог самогон выгнать. Получит бидон, а то и два – вот ему на зиму хватает. А нужно что, так ему за бутылку самогона деревенские мужики что угодно сделают.

Популярный домик на дереве находится не в саду Николая, а в самой гуще леса, недалеко от тропинки и довольно далеко от самого Камня. На первый взгляд сооружение шокирует. Оно похоже на ракету, обтянутую полиэтиленом. Кажется, она сейчас улетит с дуба если не в открытый космос, то в небо уж точно. Подобравшись сквозь заросли поближе, мы увидели достаточно ухоженный шалашик, с человеческий рост в длину и на два человека в ширину. Нет никакой лестницы, а только два сучка: за один хвататься рукой и, опершись на ногу, запрыгивать наверх. Дверь плотно закрыта, без замка, но открыть может только тот, кто знает. Николай бережно относится к своему имуществу.

Разговор продолжается. Шишков – лучший деревенский друг нашего Николая – иногда подвозит его до города и вообще выручает в трудную минуту.
– Вот и перед выходными, чтобы к Алле на день рождения поехать, подходит ко мне и говорит: «Шишков, друг, ты меня подкинешь или мне такси вызывать?».
– В том-то и дело, живет припеваючи, потому что ничего с пенсии не откладывает, все 300 тысяч проедает, от того и такой здоровый, – возмущаются женщины.
Не найдя героя, о котором так много было сказано и чьего хозяйства так много увидено, мы наконец-то получили номер его мобильного телефона.
– Наверное, еще в городе, отдыхает после шумных выходных. У него же там квартира. Сыновья уговаривают квартиру на них переписать и в деревню уехать жить насовсем, но Коля не хочет, – рассказывает друг Шишков.

ЯВЛЕНИЕ ГЕРОЯ НАРОДУ

Дозвонившись до Николая в Солигорск, мы поняли, что журналистам эпатажный немолодой мужчина несказанно рад. Включив повышенную передачу, не успев как следует распрощаться с говорливыми соседями, мы направились в Солигорск, оставляя следы испачканных в навозе шин.

Квартира Николая Бородина в простой хрущевской пятиэтажке, на втором этаже. Дверь открыта. Услышав стук, хозяин позволил гостям войти в квартиру самостоятельно. Еще шаг, и взору открылась простая однокомнатная квартира с идеально вымытым полом и гладко застеленной постелью. Мебели практически нет, только люстра. На полу, где нет ковра, лежат различные гимнастические тренажеры, Николай как раз занимается зарядкой. Именно в занятии спортом, а не в питании на все пенсионные выплаты Николай видит секрет своего хорошего здоровья и расположения духа. Хозяин встретил нас без майки, от чего сразу произвел впечатление сильного и уверенного в себе представителя противоположного пола.

– Мы были у ваших домиков в деревне. Очень впечатляет. Сами строили?
– Конечно, сам. Вот если бы дали мне досок, то я бы дом на дереве в два раза больше построил.
– В селе говорят, у вас подруг много по всем близлежащим деревням?
– Ну и что, это нормально. Алла, моя официальная подруга, не ревнует. А что ей ревновать? Правда, вот она на дереве моем не была. Что ей там лазить, еще упадет. Девчат у меня много, лишь бы сам был хорош.
– Что же ваша семья, сыновья, помогаете им?
– Они у меня взрослые и самостоятельные, в помощи не нуждаются. Даже наоборот, если мне что-то нужно, то я их всегда прошу.
– Уже холодно, вы планируете еще пожить на дереве или переезжаете на зиму в город?
– Еще месяц буду там отдыхать точно. Так что заезжайте.

Оставить комментарий