НЕБО. САМОЛЕТ. ДЕВУШКА.

Елена Евстратчик запросто крутит «петлю Нестерова», рисует картины и читает «Анну Каренину». Она единственная девушка-пилот минского аэроклуба за последние 50 лет.

С уникальным авиатором мы встретились на летном поле поселка Боровая.

- Как ты стала летать?

- Началось все с парашютного прыжка. Он стал толчком, который позволил мне прочувствовать небо. Потом прокатилась на самолете, и все определилось. С детства я знала, что в моей жизни что-то такое случится. Когда столкнулась с небом, поняла, что оно дает особую силу и другое осознание мира. Я изменилась, нашла себя и перестала суетиться. Не остановилась даже перед проблемами со здоровьем - у меня нет одной почки.

- Желание покорять небо появилось у тебя еще в детстве или уже в более сознательном возрасте?

- Наверное, такое желание было у всех. Я перепробовала очень многое – лыжи, ролики, коньки. Говорили – проблемный ребенок. Залезала практически везде, где только можно было.

- А в небе давно?

- Уже три года. Готовилась даже к международным соревнованиям, когда на очередной медицинской комиссии открылась моя болезнь. Сказали, что на спортивных самолетах мне летать категорически запрещено. Перегрузки, возникающие при выполнении в воздухе фигур высшего пилотажа, «петли Нестерова», «бочки», очень опасны в моем случае. Теперь учусь управлять вертолетом – здесь ограничений не существует.

- Сложно девушке в воздухе делать упражнения, которые входят в программу спортивной авиации?

- Не очень. Вестибулярный аппарат у меня хорошо работает – не путаю землю и небо. Чем больше меня крутит, тем яснее я контролирую самолет. А вот организм дает о себе знать. Хотя все равно не было проблемных ситуаций в воздухе.

- За какой период ты научилась управлять самолетом самостоятельно?

- Буквально за один летный сезон. Дело в том, что мне приходилось полеты активно совмещать с учебой, работой, другими увлечениями. Находила время на выходных, интенсивно занималась на каникулах. По правилам, профессиональный налет должен составлять 20 часов, после которого тебя уже выпускают в небо. Для сравнения: на полет длиной в 300 метров уходит 15 минут времени. Летаем четверг, пятницу, субботу и воскресение. В аэроклубе понедельник и вторник – выходные дни, среда – подготовительный день. Безопасность – очень серьезный вопрос. В среду создается график полетов, согласовываются воздушные коридоры. Непосредственно в день полетов все пилоты, инструкторы, техники обсуждают взлетную полосу, нижний край облаков, скорость ветра.

- Во всем этом ты разбираешься?

- Это обязательные знания. В технике я тоже разбираюсь, сдавала экзамены – теперь могу самостоятельно произвести осмотр самолета. Знаю, что в моем ЯК-52 стоит двигатель МТ14 мощностью 600 лошадиных сил, девять цилиндров, восемнадцать свечей, одно крыло – ошибка, когда говорят, что у самолета два крыла.

- Самой не приходилось ремонтировать самолет?

- Нет. Но была одна комичная ситуация, после которой я поняла, что к технике нужно относиться внимательнее. В воскресенье был полет, а в субботу меня друзья пригласили на день рождения. Потом вечеринка переместилась в клубы, а в шесть утра, когда мы подъехали на машине к «МакДональдсу» чайку попить, увидела своего техника в таком же состоянии. Посмеялись. Потом через три часа на предполетных указаниях встретились. Отлетала – ничего не случилось (смеется).

- В воздухе у тебя были опасные ситуации?

- Один раз при выполнении фигуры высшего пилотажа сработала сигнализация, предупреждающая о попадании в бак инородного предмета. В такой ситуации во избежание возгорания двигателя самолет необходимо сажать немедленно, рекомендуется даже не выпускать шасси. В воздухе я осознала опасность только через минуту после того, как загорелась сама лампочка. Рискнула – выпустила шасси для того, чтобы не ломать самолет. На земле потом долго приходила в себя.

- Что ты решила предпринять, когда стало ясно, что состояние здоровья все-таки не позволяет тебе летать на спортивных самолетах?

- Перехожу на вертолеты – это еще более сложная машина. В качестве второго пилота я уже летала. Самая большая трудность в вертолетах – отработать последовательность запуска.

- Ты не жалеешь о том, что не сможешь больше летать на самолетах?

- Судьба. Пилотом я стала. Будет что-то еще – надо только не лениться воплощать в жизнь свои мечты или хотя бы желания. Я рисую и продаю картины. Еще люблю верховую езду, а зимой не могу жить без горных лыж. Бездумно нельзя ничего делать. Только когда ты контролируешь ситуацию, а не слепо несешся вперед сломя голову, можно испытать настоящее счастье. Поэтому я не очень переживаю.

- Как реагирует мужская часть авиаклуба на твои полеты?

- (смеется) Инструктор рассказывал, что когда в момент воздушного радиообмена раздается женский голос, курсанты сразу начинают нервно оглядываться по сторонам, ерзать и волноваться. Мне находиться в окружении мужчин- летчиков очень приятно. Это другие люди – крепкие и на самом деле романтичные.

- Наверняка парни тебе помогают во всем на летном поле. Ремонтируют, моют твой самолет?

- Естественно. Правда, пару раз, когда я опаздывала на предполетные указания, шутили, что Лене нужно дать наказание – будет мыть самолет в купальнике.

- Родители и друзья как оценивают твое увлечение?

- Родители, конечно, пребывают в постоянном шоке. Друзья долго не знали о полетах – старалась не афишировать, пока чему-то по-настоящему не научилась. Теперь они меня поддерживают.

- Что читаешь?

- Экзюпери – это понятно. Люблю еще Ричарда Баха, французскую классическую литературу. Из родного - недавно «Анну Каренину» перечитывала.

- Как ты оцениваешь свою активную позицию в жизни? Немногие люди имеют так много искренних увлечений.

- С детства мне приходилось постоянно что-то доказывать. Поэтому я избегаю стандартов. Давно поняла, что люди привлекают друг друга не внешностью, она - всего лишь красный флажок, а внутренним миром и воспитанием. Над этим я и работаю.

- Напоследок. Что бы ты хотела в своей жизни еще попробовать?

- (смеется) Думаю, скоро космический туризм станет достижимой реальностью. Если не будет ограничений по здоровью и удастся заработать денег – обязательно попробую.

Комментарий профессионала

О достижениях девушки-авиатора мы решили поинтересоваться у директора минского аэроклуба Николая Мочанского:

- Не переживаете за Лену в воздухе?

- Я вам честно скажу, женщины всегда были впереди авиации всей. Очень многие чемпионы мира в аэроспорте – девушки. Поэтому переживать не приходится – Лена умелый и хороший пилот.

- Для единственной девушки в сугубо мужском летном коллективе есть какие-нибудь льготы?

- Поблажек в авиации существовать не может. Пилот не только летает, но и сам готовится к полетам. Он должен знать всю технику, разбираться в летных условиях – и тут нет разделения на мужские и женские занятия. Хотя, конечно, к Лене мы относимся трепетно – она у нас одна.

История аэроклуба

В 1934 году по решению правительства и Центрального совета ОСОАВИАХИМа Беларуси на базе планерной станции, которая находилась в пригороде Минска Медвежино, был создан аэроклуб. В нем занимались энтузиасты и курсанты- планеристы. За 70 лет воспитанники аэроклуба установили 25 мировых и 30 всесоюзных рекордов. Четыре летчика стали заслуженными мастерами спорта СССР, еще четыре – мастерами спорта международного класса, 163 – мастерами спорта СССР.

Сегодня на летном поле поселка Боровая, пройдя четырехчасовую подготовку, можно совершить классический парашютный прыжок с высоты 900 метров или за 30 секунд пролететь в свободном падении 1.500 метров – это прыжок с парашютом «тандем» с инструктором с высоты 3.000 метров. Любой желающий может стать вторым пилотом, а пройдя полный курс обучения на самолете ЯК-52, самостоятельно подняться в небо.

1
Оставить комментарий

  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
дмитрий

это редкая женщина, просто мечта, побольше бы таких!