МИХАИЛ ДЕЛЯГИН: «Евросоюз не будет рушиться ради России»

Большинство наблюдателей за ходом саммита Россия – Европейский Союз в Самаре склонны считать его для нашей восточной соседки провальным. Руководители государств, собравшиеся 17-18 мая в Самаре, не продвинулись ни на шаг к заключению соглашения о партнерстве и сотрудничестве.

Этому, как известно, препятствует острый конфликт России с балтийскими странами и Польшей, которые блокируют соглашение. РФ отвечает им «взаимностью», вроде эмбарго на импорт польского мяса и санкционированных Кремлем атак на эстонские структуры. Несмотря на попытки сыграть на противоречиях внутри ЕС, предпринимаемые Россией, Евросоюз на прошлой неделе однозначно поддержал страны, конфликтующие с РФ. Тупик в отношениях очевиден.

Несколько иной взгляд на итог недавнего международного события у нашего сегодняшнего собеседника. О своем видении произошедшего и перспективах отношений России с Евросоюзом в интервью «ЭН» рассказал директор российского Института проблем глобализации Михаил ДЕЛЯГИН:

– Каковы, на ваш взгляд, результаты встречи руководителей России и Евросоюза?
– Я считаю эти результаты очень положительными как для России, так и для Евросоюза. Это тот случай, когда отсутствие значительных решений – уже очень хорошая новость. Мы не поссорились окончательно. В ситуации, когда все обеспечивало открытый конфликт, взаимную истерику и порчу отношений, обе стороны не допустили еще большего ухудшения отношений. Ничего большего достигнуто быть не могло, учитывая глубину расхождений. Сам по себе этот факт означает, что точку перегиба мы уже прошли. Дальше потихоньку мы будем отходить от кризиса. Другое дело, приведет ли снижение напряженности к реализации российских интересов.

Кроме того, хорошим результатом можно считать тот факт, что хотя бы латыши поняли, что Россия всерьез отстаивает хотя бы некоторые свои интересы. Они своим согласием по границе показали, что так называемые цивилизованные европейцы понимают только язык силы. По-человечески разговаривать с Польшей и Прибалтикой бессмысленно. Они этого не понимают. Думаю, выводы теперь будут сделаны как в России, так и в Прибалтике с Польшей.

– Причина кризиса в отношениях России и ЕС исключительно политическая, или есть тут и экономическая составляющая?
– Здесь вообще три компонента. Культурный. У России больше десяти лет не было национальных интересов. Все к этому привыкли. Когда РФ заявила о существовании у нее этих интересов, естественно, Евросоюз впал в шоковое состояние, культурный шок. Через некоторое время это пройдет, но пока будет неприятно. Второй компонент – звериный оскал российской бюрократии. Она действительно ведет себя плохо, нецивилизованно и некультурно. Например, вводит какие-то санкции против австрийского телевидения, поскольку оно что-то не то показало. Бред! Таких действий российских чиновников в Европе, конечно, не понимают. И третий компонент – большой внутренний кризис управляемости в Евросоюзе. Слишком разнородные страны образуют ЕС. Чтобы прийти к любому решению, им приходится осуществлять тяжелый многоуровневый компромисс, который впоследствии никак нельзя изменить. Экономические и политические проблемы – это уже следствие.

– В инструмент политики и экономики превращены старые обиды стран друг на друга. Почему этот инст­румент стал использоваться именно сейчас, а не, скажем, сразу после распада СССР?
– Сразу после распада Советского Союза Прибалтика была страшно благодарна России, что ее отпустили. Сейчас благодарность закончилась, и появилось понимание того, что Прибалтика не будет ни на что влиять, если не будет конфликтовать с Россией. Конфронтация с Россией – для них единственный способ продемонстрировать свою значимость. Так же, как для Палестины средством демонстрации своей значимости является конфликт с Израилем.

– Евросоюз остался един в вопросе поддержки Польши, Эстонии, Литвы в их конфликтах с РФ. В чем причина безуспешности попыток России сыграть на противоречиях в ЕС?
– Евросоюз понимает, что ему нужно отказываться от самого себя или поддерживать своих членов. Это нормально. Если у вас есть команда, в которую входят даже самые неприятные, тупые, неадекватные люди, вы вынуждены их поддерживать, поскольку иначе развалите свою команду. Евросоюз не будет рушиться ради России.

– Учитывая значительное ухудшение отношений России с ЕС и США, можно ли ожидать изменения позиции Кремля в вопросах статуса Косово и размещения элементов американской ПРО?
– Думаю, что крайне негативное отношение к размещению ПРО останется. По поводу независимости Косово наша позиция проста: если хотите, делайте, но завтра вы получите независимость Приднестровья, Абхазии, Южной Осетии и, возможно, Нагорного Карабаха. Не факт, что Россия сможет осуществить эту угрозу, но пока угрозы достаточно.

– В таком случае, на какие изменения в своей политике должна пойти нынешняя российская власть, чтобы улучшить свой имидж на Западе и в Европе?
– Я бы посоветовал им меньше воровать, но сомневаюсь, что это возможно.

– В одном из комментариев саммита было сказано: «Евросоюз уже давно не способен «учить нас жить», у него просто нет военных и геополитических ресурсов, чтобы вдолбить основы западной цивилизации российскому чиновничеству». Вы согласны с данным тезисом?
– Абсолютно не согласен. Российское чиновничество реагирует только на одно – карман. Когда его защемляют, он реагирует значительно острее и болезненнее, чем, если ему зажимают какую-нибудь часть тела. Деньги и имущество российских чиновников находятся в Европе, в оффшорных зонах. Оффшорные зоны контролируются американцами, но в Европе совершенно спокойно могут начать расследования по поводу законности происхождения тех или иных средств. Кстати, такие «звоночки» нам уже поступают.

– Соглашение о партнерстве и сотрудничестве России с Евросоюзом, принятого в 1994 году, истекает в конце этого года…
– Оно будет лонгироваться, пока не будет выработано новое соглашение. А работать можно сколько угодно.

– Какими вам видятся в ближайшей перспективе отношения между Россией и Евросоюзом?
– Очень напряженными во всем, что касается политики, прав человека, взаимного уважения, но вполне рабочими, конструктивными в сфере торговли, движения людей и капиталов.

– Может ли ухудшение отношений с Западом и Европой изменить позицию Путина и толкнуть его на третий срок?
– Нет. Решение о преемнике и преемственности власти будет приниматься Путиным без учета внешних обстоятельств. Хотя бы просто потому, что у нас система сейчас во многом похожа на времена Сталина: никто «внешний» и никто «внутренний» не влияет на принятие решений президента РФ.

СПРАВКА «ЭН»

Михаил Делягин родился в 1968 г. в Москве. В 1992 г. с отличием окончил экономический факультет МГУ. В 1990-1993 гг. – аналитик группы экспертов Бориса Ельцина. Покинул ее по своей инициативе. Руководил службой прикладного анализа Института проблем переходного периода (Института Гайдара), аналитическим центром группы «Коминвест». С мая 1994 г. – главный аналитик аналитического управления президента России, с октября 1996 г. – и.о. референта помощника президента России по экономике, с марта 1997 г. – советник по экономической безопасности министра внутренних дел, с июня 1997 г. – советник первого вице-премьера Бориса Немцова. Покинул аппарат правительства за день до дефолта 1998 г. С 1998 г. по май 1999 г. – советник первого вице-премьера Юрия Маслюкова, с июня по июль 1999 г. – замруководителя секретариата первого вице-премьера Николая Аксененко. Член исполкома партии «Родина». В настоящее время директор Института проблем глобализации.

Оставить комментарий