ОБИДА НЕИЗБЕЖНА

Депутаты нижней палаты Парламента еще не голосовали за законопроект об упорядочении социальных льгот, но сам документ давно активно обсуждается в обществе. Журналист «ЭН» встретился с членом Постоянной комиссии по государст­венному строительству, местному самоуправлению и регламенту Палаты представителей Ольгой АБРАМОВОЙ, чтобы выяснить, чего ждать от отмены льгот, нужно ли это делать сейчас и как уберечь белорусов от ожидаемого шока.

КАК, КУДА И В КАКИХ ПРОПОРЦИЯХ?

– Какую реакцию в обществе можно прогнозировать после принятия законопроекта об упорядочении социальных льгот в существующем варианте?
– Я довольно часто использую хороший метод релаксации: уезжаю в лес. Еду в пригород либо автобусом, либо электричкой, и поверьте, хорошо знаю умонастроение граждан. Без компенсаций для незащищенных категорий граждан люди будут обижены на власть.

– В Беларуси почти 2/3 населения пользуется теми или иными льготами. Только и слышно, что система себя изжила, пора что-то менять. Разве нет?
– Вопрос о том, что государст­во не может постоянно тащить на себе воз обеспечения людей социальными благами, ставится справедливо. Но при этом государству необходимо «подстелить соломку», чтобы принятие закона об упорядочении льгот не стало шоком для значительной массы населения. В этой связи весьма показателен опыт упразднения социальных льгот на примере Англии времен правления Маргарет Тэтчер. Она как премьер-министр пошла на очень жесткие меры и заработала массовую ненависть сограждан. На одном из ее публичных выступлений женщина, выражавшая всеобщее умонастроение англичан, отхлестала Тэтчер по лицу букетом цветов. Когда репортеры позже спросили премьер-министра, как она себя чувствует, Тэтчер не растерялась, ответив: «Ну, цветам досталось больше». И, кроме того, она заслужила прозвище «воровка молока» за отмену бесплатных школьных завтраков.

– Шаги, предпринятые Тэтчер, себя оправдали?
– Премьер-министр не отменяла льготы ради самой их отмены и пополнения бюджета. Она не говорила о том, что это делается ради адресной социальной помощи кому-либо. Тэтчер прямо и четко сказала, что все это делается для повышения конкурентоспособности английской экономики. Параллельно с этим она провела реформу налогообложения, радикально снизив налоги, а также организовав денежную приватизацию. Тэтчер фактически реанимировала всю экономку, придав ей новое дыхание, увеличив национальное богатство и, тем самым, «общественный пирог» для дележки.

– В Беларуси возможно сделать нечто похожее?
– Уже в этом созыве я представляла альтернативный правительственному законопроект «Об утверждении основных направлений внутренней и внешней политики». Проект был подготовлен совместными усилиями депутатов и экспертов-экономистов, не связанных с политикой. В документе была прописана четкая система конкретных мер, благодаря которым за сравнительно короткий период мы бы получили резкое увеличение доли «общественного пирога», который можно делить, из которого можно извлекать средства на социальные нужды. Конечно, пришлось бы затянуть пояса, но граждане бы знали, что буквально через 3-5 лет они ощутят положительный экономический эффект, а их кошельки наполнятся весьма существенно.

– Несмотря на свою перспективность, законопроект не получил требуемую поддержку, чего не скажешь о законопроекте об упорядочении льгот. По прогнозам, он будет принят в том виде, в котором сейчас есть, от чего пострадает немало белорусов. Какой выход в данной ситуации видится вам наиболее оптимальным, чтобы защитить соотечественников от сильного удара?
– После оглашения Послания Президента к народу и Парламенту я обратилась к главе государства с предложением о том, как минимизировать для населения последствия от упразднения многих льгот. Я предложила вносить данный законопроект на рассмотрение только одновременно с внесением детализированного законопроекта «Об адресной социальной помощи». Ссылки в тексте законопроекта об упорядочении льгот на то, что высвобождаемые средства будут направляться на адресную социальную защиту, недостаточно. Любой человек, если уж у него что-то забирают, предпочтет знать, как, куда и в каких пропорциях будут направляться сэкономленные средства (а также, как и чем государство компенсирует ему те преимущества, которые он теряет). Не канут ли они в бездонные «закрома Родины»?

– Кто, по-вашему, нуждается в том, чтобы ему «подстелили соломку», а кому это, в прин­ципе, не так уж и нужно?
– В законе прописана льгота для родителей военнослужащих, погибших во время Великой Отечественной войны. Это «выморочная» статья, иначе не скажешь. Нам говорят, что эта категория людей пользуется своими льготами. Но ведь этим людям должно быть около ста лет и больше. Как они, к примеру, воспользуются возможностью побывать в санатории? Да никак. Они не в состоянии будут поехать в санаторий даже с сопровождающими. Хорошо, что государство предоставляет такие льготы, но их можно выделить отдельным указом. А между тем есть категории, которые могут сильно пострадать от упразднения льгот. Например, ветераны труда, которых лишат возможности льготного проезда в городском и пригородном транспорте.

СЕМЬЯМ НУЖНА ПОДДЕРЖКА

– Малообеспеченные семьи, воспитывающие детей в возрасте до трех лет, тоже не обрадуются, узнав, что больше не смогут получать лекарства для своих малышей на льготных условиях…
– И что потом скажут матери? В начале 90-х годов я сама попала в такое положение, когда ребенок тяжело болел, а у меня не было денег на лекарства. Тут и обсуждать нечего. Социальная поддержка таких семей просто необходима.

– Кстати, здесь некоторые могут возразить. Дескать, увеличим детские пособия и никто не ощутит никакого удара от отмены льготы.
– Если пособия увеличат и увеличат существенно, то вопрос с приобретением лекарств для детей в малообеспеченных семьях решить можно. Но нужно объяснить мамам: вам выделяется столько-то денег с учетом того, что льгота отменена. И учитывайте это в своих жизненных ситуациях.

– Отсутствие возможности получения лекарств на льготных условиях для детей в малообеспеченных семьях как-то скажется на демографической ситуации в Беларуси?
– Не думаю. На желание заводить ребенка влияют другие факторы. Родители, по крайней мере из образованных семей (как и в целом в цивилизованной части мира), предпочитают иметь меньше детей, но дать им качественное воспитание и образование. То есть бросают все силы на качество, а не на количество. Сейчас самая большая проблема для молодых семей (кроме получения первого рабочего места) – это жилье. У нас этот вопрос постепенно бы решился, если бы при рождении первого ребенка государство погашало 10% от суммы, которую молодая семья взяла в качестве кредита на строительство жилья, при рождении второго – 25%, третьего – 50%... Сколько сейчас стоит однокомнатная квартира в Минске?

– Около 60 тысяч долларов…
– Для примера. В крупных городах Германии, в восточной части, однокомнатная квартира стоит 19 тыс. евро, а в западной части – 21 тыс. евро. Почувствуйте разницу. Почти как в старом анекдоте: «Продам квартиру в Жмеринке и куплю в предместье Парижа. Разницу можно не возвращать». Конечно, для предложенного мною варианта понадобится очень много средств, которых у государства пока нет. Но, по сравнению с тем, что было раньше, в Беларуси сделано невероятно много по улучшению демографической ситуации.

ПРОБЛЕМЫ «МИРНОГО АТОМА»

– Вы за или против строительства АЭС?
– Я всегда была против. И дело здесь не в том, что я страдаю радиофобией или опасаюсь, что в Беларуси что-то «рванет». Также не могу сказать, что не понимаю целесообразности строительства АЭС с экономической точки зрения. Но есть некоторые вопросы, на которые мне никто не дал ответа.

– Например?
– Даже после введения в действие АЭС мы не уходим от энергозависимости. Поставщиков ядерного топлива в мире не так уж и много, и именно от этих поставщиков мы и будем зависеть (или же от «коллективного» поставщика на мировом рынке). Второе – это ценовой фактор. Стоимость ядерного топлива будет расти с высокой динамикой. Может, оно будет нам не по карману. И где, наконец, мы будем захоранивать ядерные отходы? Вы посмотрите, как мы протестуем против захоронения-хранения отходов литовской стороной рядом с нашей заповедной территорией. После заявления о строительстве АЭС нам скажут: «А чего вы протестуете? У вас же самих будет такая проблема. Может, и вы потом на границе с нами захороните, и мы ничего не сможем сделать». Следующий вопрос возник после того, как появились разговоры о том, что АЭС будет строиться с опережением графика. Извините. Четвертый энергоблок Чернобыльской АЭС ровно так и строился: ударными темпами, чтобы отрапортовать о досрочной сдаче к какой-то дате. И вообще, по-хорошему, людей надо было бы спросить.

– Думаете, многие были бы против строительства АЭС?
– Вообще-то наши люди в большинстве своем относятся к этому достаточно спокойно. Этот вопрос волнует в основном интеллигенцию.

– Как отразится строительство АЭС на отношении к Беларуси?
– Когда мы начнем строить АЭС, во всем мире изменится отношение к чернобыльской беде. Если самая пострадавшая от мирного атома страна принимает добровольное решение о строительстве АЭС, то зачем ей помогать? Значит, у нее все отлично. Но белорусы – это нация катастроф (воспользуюсь метафорой одного из отечественных политологов). Во второй мировой войне погибли каждый третий гражданин Беларуси и каждый третий еврей. Но посмотрите, как еврейский народ сумел донести до мирового сообщества свою трагедию, свою правду о Холокосте. А кто знает, что каждый третий белорус погиб, защищая европейскую цивилизацию? Мы должны постоянно напоминать о своих национальных катастрофах, в которых мы не повинны, буквально взывать об этом со всех международных трибун ради будущего детей и внуков.

ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ РЕШЕНИЯ

– С какими вопросами к вам чаще всего обращаются избиратели?
– Сейчас пойдет вал вопросов по законопроекту о льготах. Много вопросов поступает по функционированию системы ЖКХ. Я и группа коллег совместно с Национальным центром законопроектной деятельности готовим законопроект о защите прав потребителей жилищно-коммунальных услуг, который способен сделать сферу ЖКХ прозрачной для общественности. Вторая категория обращений – это жилищные и судебные проблемы. Но за них мы не имеем право браться. Только в редчайших случаях, когда я вижу, что права обратившихся ко мне граждан нарушены самым безобразным образом, то считаю допустимым вмешаться. Несколько раз мне удавалось добиваться положительного принятия решений по предоставлению жилья особо ущемленным в своих правах граждан, но каждый из этих случаев был экстраординарным. Это не значит, что и в дальнейшем я буду заниматься решением таких вопросов. Каждый случай индивидуален. Это должно быть нечто из ряда вон выходящее. Например, когда-то ко мне обратилась мать девочки, родившейся со злокачественной опухолью. Я не могла не вмешаться и активно поддержала просьбу о выделении этой семье отдельного жилья (повторяю, вопросы выделения жилья никакого касательства к депутатам Парламента не имеют, а относятся исключительно к ведомству местных администраций,– туда и надо обращаться).

Что касается судебных дел, то однажды мое вмешательство поспособствовало освобождению молодого человека, которого, совершенно очевидно, оклеветали. В отдельных ситуациях по судьбоносным вопросам мне приходится обращаться на имя Главы государства. По моим подсчетам, за последние 10 лет я обращалась к Президенту по архиважным вопросам ровно 15 раз, и в 13 из них получила положительное решение. Это говорит о внимании, которое уделяется в государстве обращению депутатов Парламента.

– Например?
– Даже после введения в действие АЭС мы не уходим от энергозависимости. Поставщиков ядерного топлива в мире не так уж и много, и именно от этих поставщиков мы и будем зависеть (или же от «коллективного» поставщика на мировом рынке). Второе – это ценовой фактор. Стоимость ядерного топлива будет расти с высокой динамикой. Может, оно будет нам не по карману. И где, наконец, мы будем захоранивать ядерные отходы? Вы посмотрите, как мы протестуем против захоронения-хранения отходов литовской стороной рядом с нашей заповедной территорией. После заявления о строительстве АЭС нам скажут: «А чего вы протестуете? У вас же самих будет такая проблема. Может, и вы потом на границе с нами захороните, и мы ничего не сможем сделать». Следующий вопрос возник после того, как появились разговоры о том, что АЭС будет строиться с опережением графика. Извините. Четвертый энергоблок Чернобыльской АЭС ровно так и строился: ударными темпами, чтобы отрапортовать о досрочной сдаче к какой-то дате. И вообще, по-хорошему, людей надо было бы спросить.

– Думаете, многие были бы против строительства АЭС?
– Вообще-то наши люди в большинстве своем относятся к этому достаточно спокойно. Этот вопрос волнует в основном интеллигенцию.

– Как отразится строительство АЭС на отношении к Беларуси?
– Когда мы начнем строить АЭС, во всем мире изменится отношение к чернобыльской беде. Если самая пострадавшая от мирного атома страна принимает добровольное решение о строительстве АЭС, то зачем ей помогать? Значит, у нее все отлично. Но белорусы – это нация катастроф (воспользуюсь метафорой одного из отечественных политологов). Сопоставим: во второй мировой войне погибли каждый третий гражданин Беларуси и каждый третий еврей в Европе. Но посмотрите, как еврейский народ сумел донести до мирового сообщества свою трагедию, свою правду о Холокосте. А кто знает, что каждый третий белорус погиб, защищая европейскую цивилизацию? Мы должны постоянно напоминать о своих национальных катастрофах, в которых мы не повинны, буквально взывать об этом со всех международных трибун ради будущего детей и внуков.

ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ РЕШЕНИЯ

– С какими вопросами к вам чаще всего обращаются избиратели?
– Сейчас пойдет вал вопросов по законопроекту о льготах. Много вопросов поступает по функционированию системы ЖКХ. Я и группа коллег совместно с Национальным центром законопроект­ной деятельности готовим законопроект о защите прав потребителей жилищно-коммунальных услуг, который способен сделать сферу ЖКХ прозрачной для общественности. Вторая категория обращений – это жилищные и судебные проблемы. Но за них мы не имеем права браться. Только в редчайших случаях, когда я вижу, что права обратившихся ко мне граждан нарушены самым безобразным образом, то считаю допустимым вмешаться. Несколько раз мне удавалось добиваться положительного принятия решений по предоставлению жилья особо ущемленным в своих правах граждан, но каждый из этих случаев был экстраординарным. Это не значит, что и в дальнейшем я буду заниматься решением таких вопросов. Каждый случай индивидуален. Это должно быть нечто из ряда вон выходящее. Например, когда-то ко мне обратилась мать девочки, родившейся со злокачественной опухолью. Я не могла не вмешаться и активно поддержала просьбу о выделении этой семье отдельного жилья (повторяю, вопросы выделения жилья никакого касательства к депутатам Парламента не имеют, а относятся исключительно к ведомству местных администраций,– туда и надо обращаться).

Что касается судебных дел, то однажды мое вмешательство поспособст­вовало освобождению молодого человека, которого, совершенно очевидно, оклеветали. В отдельных ситуациях по судьбоносным вопросам мне приходится обращаться на имя Главы государства. По моим подсчетам, за последние 10 лет я обращалась к Президенту по архиважным вопросам ровно 15 раз, и в 13 из них получила положительное решение. Это говорит о внимании, которое уделяется в государстве обращению депутатов Парламента.

«Почему не было государственной информационной кампании по подготовке людей к принятию закона об упорядочении социальных льгот? Это – самый либеральный проект на мой памяти, а я не представляю, как войти с ним в любую аудиторию – будь то студенты, пенсионеры, молодые мамы, военные, ликвидаторы и т.д.? В 1996 году некоторым моим коллегам по Верховному Совету избиратели плевали в лицо за то, что они пошли против Президента. Не будут ли теперь плевать в лицо и нам за то, что поддержали Президента?

Когда-то Маргарет Тэтчер за отмену бесплатных школьных завтраков прозвали «воровкой молока». Не назовут ли депутата-врача, голосующего за отмену льгот по лекарствам для детей до 3-х лет из малообеспеченных семей «антидоктором»? (из выступления Ольги Абрамовой во время ежегодного Послания Президента к народу и Парламенту)

Оставить комментарий