Еда живая и мертвая. Хроники поколений, выросших в очередях

– Еда, Иван Арнольдович, штука хитрая. Есть нужно уметь, а представьте себе – большинство людей вовсе есть не умеют.
М.Булгаков, «Собачье сердце»

Во время недавних школьных каникул знакомый педагог-пенсионер подрабатывал воспитателем в зимнем детском лагере и вернулся с таким наблюдением:

– Многие теперешние ребята отучены от нормальных обеденных блюд. Супы, каши – это не для них. Поэтому не едят, а закусывают-кусочничают. Запомнился один мальчик из небедной семьи. Его в лагерь привезли с двумя громадными сумками: упаковки колбас, ветчин, копченостей, всякие там чипсы-крекеры и тому подобная пища в ярких баночках и шуршащих пакетиках. В общую столовую, где готовили здоровые блюда из абсолютно свежих продуктов, этот подросток не ходил вообще. Насмешничал над «плебеями», которые по расписанию ели борщ, а себе готовил многослойные сэндвичи. Он непрерывно жевал и жевал, а его перемещения во время экскурсий были отмечены следом из опорожненных баночек и пакетиков.
Баночки и пакетики с «разовой» едой… О чем-то мне напомнил этот рассказ.

Лет двадцать назад в Будапеште гуляли мы с коллегой Валерием Дроздовым по веселому острову Маргит на Дунае. В здешнем парке нам показался любопытным старый мадьяр – продавец печеных каштанов. Он обосновался с жаровней рядом с нашей скамьей.

Этим же стариком по-своему заинтересовалась компания хулиганистых подростков. Судя по облику, не местных, а откуда-то со средне-ближнего Востока. Четверка развязных малых с жирными загривками нарезала по аллеям круги на самокатной тележке с велосипедным приводом. И очень им весело было, проезжая мимо жаровни с каштанами, всякий раз едва ли не таранить ее, а на старика с гоготом замахиваться бутылью кока-колы.

В очередной такой наезд компания бросила в деда яркую консервную банку. Нераспечатанную. Мы с коллегой хотели было надавать восточным юношам по ушам, но те борзо укатили.
Старик подобрал с газона жестяную банку и показал нам. Сосисочный фарш из натовского сухого пайка. Такая вот «продовольственная помощь». От кого?.. И тут довелось узнать любопытные вещи.

Подростки, которые балдеют в парке, принадлежат к крупной общине беженцев из <…>стана. Община находится под патронажем ООН, и члены ее, переезжая из одной европейской страны в другую, уже много лет как превратили свое беженство в профессию. Вроде того, как у нас уже есть профессиональные чернобыльские пострадальцы. Здесь, в Будапеште, они с утра забрасывают детишек на остров Маргит, а сами отправляются на барахолки. Продовольственные чеки и содержимое контейнеров с гуманитарной помощью меняют на форинты, а форинты – на доллары. Занимаются также сбытом наркотиков и фальшивых документов, мелкими кражами. Но в общем их бизнес относится к примитивно-иждивенческому разряду и основан на бесплатной жратве. Они и жирные по причине, с одной стороны, хронического безделья, а с другой – сверхкалорийной консервированной пищи, которой с избытком снабжает щедрая Европа. Успело вырасти уже не одно поколение дармоедов-бродяг, которые понятия не имеют о том, что еду можно готовить собственными руками.
Вот потому и метнули они в старика-мадьяра банку с сосисочным фаршем, что он со своими «дикарскими» каштанами показался смешным…

В конце семидесятых годов в западном обществе появился жаргонизм filth-food (варианты – ordure, junk-food, dirt-food), который буквально переводится как «мусорная пища» и примерно соответствует нашему определению «жрачка».
Так стали называть готовые к еде фабрикаты, которые упакованы в мелкую герметичную тару и предназначены для потребления на улицах, стадионах, в дороге. Всякие там чипсы, нарезки колбасы, сыра, рыбных копченостей и их производные. Благодаря новейшим консервантам и красителям, стерилизации гамма-лучами и вакуумной укупорке эти продукты способны неопределенно долго сохранять товарный вид.

Название «мусорная пища» отнесли в общем-то не к качест­ву массовых фабрикатов (производить заведомую отраву стандарты не позволяют), а к вульгарной манере насыщаться где попало и засорять общественные места использованной упаковкой. Естественно, определение «мусорный» спроецировалось и на самих потребителей filth-food.
Это пища людей, стоящих на низших ступенях социальной лестницы. Заметим, людей низких, но не обязательно самых бедных. Бедность может быть опрятной, гордой, и в таком случае ее символизирует горстка овсяной крупы, сваренная в домашней кастрюльке.
А типичному потребителю «мусорной пищи» соответствует следующая картина.

Городская декорация «в стиле рэп». Возле ржавой бочки с горящей бензиновой ветошью торчит накачанный малый в короткой кожанке и с «дебильниками» в ушах. Возле этой бочки он не ест, а именно «хавает». И это специально для него выпускается жрачка в ярко-шуршащей упаковке и напитки в герметически-порционных пластиковых емкостях. «Поел – и порядок!»

Когда телевидение посредством рекламного ролика внедряет в мозги очередной рецепт «наслаждения от еды», то испытываю желание порушить экранное счастье. Вот типичный сюжет: он и она – молодая семейная пара. У себя дома ожидают воскресного визита родителей, а к столу ничего приготовить не успели. Чем угостить привередливую свекровь?.. «Бульонные кубики <…>!!! – подсказывают с телеэкрана. – Они придадут неповторимый вкус вашим блюдам!»
В итоге нам демонстрируют сытую свекровь, которая излучает тихую радость по поводу семейного благополучия сына.
Дура старая! Безладница и неумеха! Сама, небось, всю жизнь на обрывке газеты кусочничала и сыну того желает.
Нормальная же свекровь, распознав варево из бульонных кубиков, должна предпринять следующие действия:
1) вывернуть невестке на голову кастрюлю с этим, с позволения сказать, супом;
2) взять сына за руку и навсегда увести его от такой жены;
3) у себя дома накормить любимое дитя блюдом с названием «щи суточные» (к сожалению, сегодня очень немногие понимают его смысл) и объяснить, что бульонные кубики – это пища бомжей…
Был у свояка в деревне, у него здоровый крестьянский дом – без малого полная чаша. Готовится к свадьбе дочери и для приготовления прохладительного напитка заказывает через автолавку растворимый синтетический порошок. Но почему именно это!
– А цвет красивый.

– Ну не дурость ли: в стране что ни лето пропадают десятки тысяч тонн натуральных плодов и ягод, но зато ввозим порошки и концентраты для производства фруктовых суррогатов. Это как в истории про одно племя из Полинезии. В мировую войну у них на острове была база стратегических бомбардировщиков. Потом американцы съехали, бросив в числе прочего необъятные запасы консервированной еды. И туземцы до того «расслабились», что ананасы ели только из банок, хотя рядом росли точно такие же плоды. Впрочем, это надо было труд приложить: наклонить ветку и сорвать… У тебя же в погребе стоит кадка моченой брусники, а за печкой – мешок сушеных груш. Есть овес, мука. Наделай квасов и взваров! Да налей их не в пластмассу, а в керамику и пузатые графины из старого стекла. Это пусть диверсант, который сидит в засаде, разбалтывает в кружке синтетический порошок, когда хочет напиться. Но ты же не диверсант! Ты у себя дома!

Колониальный стиль сущест­вует не только в архитектуре, но и в образе питания. Стиль, если быть точным, даже не колониальный, а колонизаторский. Посмотрел я мир в общем-то немало и поэтому сегодня, оценивая в минском гастрономе витрину того отдела, который у нас по привычке именуют «коммерческим», могу судить, что из предлагаемых сотен заграничных баночек и коробочек, лишь единичные образцы нельзя отнести к «джанк-фуд». Весь прочий ассортимент нормальные люди ТАМ не потребляют.

Спросите у голландца, какой должна быть настоящая селедка, и он ответит примерно то же, что и житель Астрахани или Северодвинска: правильная селедка – та, которая в объемистой бочке с рассолом. Но не в вакуумной упаковке! И точно так же знающий толк в мясе датчанин отвернется от раскрашенной сардельки в «презервативе». А у нас подобная пища все еще ассоциируется с повышенным достатком.

При взгляде на современную «коммерческую» витрину мне вспоминается один документ из фонда минторга в Национальном архиве:

ПРИКАЗ
Народного Комиссариата Торговли Белорусской ССР
15 Августа 1944 г. № 127 г. Минск

Об утверждении цены на трофейные овощные консервы из ботвы от свеклы и др.
Народный Комиссариат Торговли Белорусской ССР приказывает:

Утвердить на трофейные консервы из ботвы от свеклы и др. дикорастущих (крапива и т.д.) за одну жестяную банку весом нетто 800 грамм розничную цену в 2 рубля за банку.
Торговые скидки утвердить в соответствии с утвержденным Экономсоветом при СНК СССР прейскурантом на консервы от 9.XII.1939 г.

Зам. Народного Комиссара Торговли Белорусской ССР Г.Журавский

Неужели не хватало крапивы под собственными заборами?.. А хотя ясно, что срабатывал тот фактор, что ботва в банке – это уже не ботва, а «продукт».

По моему убеждению, сегодняшняя манера питаться «ярко» – своеобразное продолжение ментальности тех поколений наших людей, о которых было образно сказано, что они выросли в очередях за пайками.
Но с чего начиналось все это?..

Продолжение следует.

1
Оставить комментарий

новее старее большинство голосов
Анонимно

Статья возмутила, до мозга костей.
Видно писали её родственники не малоизвестного тов. Абрамовича! Утрурую конечно, но в каждой шутке есть доля правд, а в этой так и подавно.
Для того что бы НОРМАЛЬНО питаться на еду в семье необходимо тратить примерно 300 тыс на человека.
И тем более кто-то это должен готовить.
Потому чтоя СТОЛОВЫЕ оставляют желать лучшего.