ДЕРЖАВНЫЙ ГРАДУС (Продолжение)

Заметки к 110-летию IV государственной винной монополии
Часть I. От прадедов стакан веков

3. ОТВЕТСТВЕННЫЕ ВИНОКУРЫ
Пишем мы не научно-экономическую историю спиртоводочной промышленности и виноторговли, а бытовой очерк питейных нравов, однако же статистика в объеме шкалика окажется не лишней.
Памятная книжка Минской губернии на 1914 год сообщала, что в 1912 году в губернии действовало 223 винокуренных завода и 5 дрожжево-винокуренных, давших 216.897.531° (градус) спирта и 3.856.011 фунтов дрожжей.

Сразу поясним, что старая единица «градус» — это сотая доля ведра безводного спирта (122,99 мл), а тогдашняя Минская губерния занимала территорию с Пинском, Новогрудком, Докшицами, Бобруйском, Речицей, и населяли ее 2.938.129 жителей. Выходит, что на всех обывателей произведено было без малого 27 миллионов литров чистого алкоголя.

Где ж столько можно было выпить? Читаем далее:
«В 1912 году всех заведений для продажи питей было в Минской губернии 1727 (на 18 более, чем в 1911 году); в том числе: казенных винных складов 7 (таковыми назывались спиртовые и водочные заводы, которые от лица державы производили оптовую продажу. — С.К.), казенных винных лавок 546, мелочных лавок с продажею казенного вина 10, оптовых складов пива 68, ренсковых (от слова «рейнский» — С.К.) погребов 107, погребов русских виноградных вин 21, трактирных заведений 119, пивных лавок 660, буфетов 59, буфетов на вечерах с благотворительною целью 63, заведений для выделки изюмного вина 13, заведений для выделки уксуса 2, временных выставок 52.

С перечисленных заведений, включая казенных винных складов и лавок и мелочных лавок с продажей казенного вина, а также заведений для выделки уксуса поступило 25.478 руб. 35 к. патентного сбора».
Однако в общем и целом Минская губерния выглядела не самым запьянцовским краем. Для сравнения: в 1900 году в империи насчитывалось 2200 винокуренных заводов, производивших 78 миллионов ведер спирта в год. Как писалось тогда, «громадный успех сделала ректификация — горячая очистка спирта». К 1910 году количество предприятий возросло до 2814. В 1913 году по единой технологии и на однотипном оборудовании вырабатывалось 106,6 миллиона ведер водки, которая продавалась в 25.735 казенных винных лавках. Еще примечательные в сравнении цифры: в 1913 году в России было выработано 55,2 миллиона дал (1 дал равен 10 литрам) этилового спирта, в 1940 году в СССР — 89,2 млн. дал, а к 1974 году этот показатель удвоился.

Промышленное винокурение являлось делом почетным и выгодным. По закону от 2 июня 1903 г. нужный для государственной монополии спирт закупался по смете от заводчиков согласно назначаемым министром финансов ценам. Назывался этот спирт в деловых кругах разверсточным. Количество спирта, от поставок которого заводчики отказывались или которое требовалось сверх сметы, покупалось казною с торгов.

Вот какое характерное объявление прочитал я в номере «Минского слова» за 17 сентября 1908 года:
«В имение Турин (станция «Пуховичи») помещика Адама Яковлевича Наркевича-Иодко требуется немедленно ответственный винокур. Вознаграждение 600 рублей в год».

Адам Яковлевич — это сын известного белорусского ученого-естествоиспытателя Якова Оттоновича Наркевича-Иодко. Похоже, обильный урожай подпер его той осенью так, что винокур потребовался исключительно немедленно. И, заметим, не просто винокур — ответственный!

В самом же Минске действовали дрожжево-винокуренный завод братьев Файвела и Самуила Раковщиков (предшественник современного завода «Кристалл» — здание дрожжевого комбината на ул. Октябрьской, 14), завод Ш.И.Нусбейна (совр. здание хлебозавода № 2 на ул. Коммунистической, 70), акционерный завод, называемый по местности Серебрянским и другие предприятия.

4. ПЯТАК НА ВОДКУ

Продажная средняя цена обыкновенного хлебного вина, то есть водки в 40 градусов, была около 5 рублей за ведро. Соответственно бутылка (0,615 л) — 25 копеек. С чем бы это сопоставить? А вот хотя бы с чем.

В начале ХХ века средние слои населения Минска увлеклись устройством летних дач, и газеты запестрели объявлениями типа: «Продаются дачные участки на высоком берегу реки Свислочь в 1 версте от платформы Здановича» (совр. пригородная станция «Ждановичи» на Молодечненском направлении).

Заведено было, что отцы семейств, переселив на дачу домочадцев, ежедневно курсировали между конторским столом в Минске и самоваром где-нибудь в Ратомке. Поэтому ежегодно с 1 мая по 1 сентября управление Либаво-Роменской железной дороги устраивало дополнительное сообщение от Минска до Изяславля (совр. Заславль). Дачный поезд № 19 отправлялся из города в 16.35, делал остановку у платформы Здановича в 16.50, в Ратомке был в 17.02 и в Изяславль прибывал в 17.20. Обратный поезд № 18 выходил утром в 8.58 и в 9.40 он был в Минске — дачники, согласно тогдашнему распорядку, в конторах как раз успевали на службу. Вагоны использовались вполне заурядные, ездил в них самый разночинный люд.

А теперь о ценах. Проезд от Минска до платформы Здановича стоил 18 копеек, до Изяславля — 56. Скажите, отыщется ли сегодня сумасшедший, который согласится, что поездка на электричке за 25 километров в Заславль должна стоить, как две бутылки водки?

Весьма полезную для понимания городских нравов заметку «Хулиганство» я обнаружил в одном из номеров газеты «Минское слово» за 1912 год:
«С давних пор старое еврейское кладбище по Магазинной улице (совр. территория стадиона «Динамо». — С.К.) служит прекрасным убежищем для разного рода хулиганов. Отсюда они выходят требовать у прохожих пятаков на водку, здесь же их и пропивают. Не мешало бы принять некоторые меры к искоренению хулиганства!»

Заметим: на водку — пятак! Именно во столько обходилась чарка очищенной. Для сравнения: проезд на конке от вокзала до Соборной площади стоил тот же пятак.

5. КАК ОТКУПОРИТЬ ПОЛУБУТЫЛКУ

Наиболее ходовой в народе емкостью была полубутылка ценой в пятиалтынный — 15 копеек вместе с тарой. Можем описать «обычай пользования» ею.

Если за Немигой вы пересекали по Александровскому мосту Свислочь, то на Александровской улице (совр. ул. Максима Богдановича) не могли миновать дом Гоухштейна с казенной винной лавкой № 582 (номер — точно у войсковой части!). «Монополька» — так подобные заведения именовались в обиходе. Сидельцем (продавцом) в нашей лавке был выкрест Иван Лойцх, а водка продавалась, как значилось на вывеске, «распивочно и на вынос». Согласно правилам, была она «в запечатанной или обандероленной посуде емкостью от 1/200 ведра, причем цена части ведра пропорциональна цене целого ведра».

Водку в монопольке у Троицкого предместья брали чаще всего распивочно. Не разрешалось только устраивать сборище внутри помещения. Залитую красным сургучом бутылку откупоривали вот так: выйдя из лавки, головку упирали во что-нибудь твердое (обычно в фундамент здания, в каменную стену) и с силой поворачивали. Сургуч растирался и трескался, отчего на стене возникал очередной бурый след.

Вот по этой причине у толковых сидельцев (а Лойцх был именно таким) на косяке у входа крепилась особая жестяная терка наподобие овощной. Сургуч сдирался о нее, затем следовал отработанный тычок ладонью в донце бутылки, и пробка — пук! — вылетала.

После немедленного опорожнения бутылка ставилась обратно на прилавок, Лойцх возвращал залог за стеклотару, и на эту копейку у подоспевшей бабы-лоточницы приобретался ломоть хлеба с горячей требухой. Все удовольствие — примерно треть заработка поденщика-землекопа.

6. МОНОПОЛЬКИ И ХРАМЫ

Политика целенаправленной алкоголизации населения… Эти слова в советских учебниках истории обычно употреблялись применительно к дореволюционной России. Да, можно привести немало цифр, касающихся производства водки и числа кабаков до 1914 года. Но откроем одну страшную тайну: при проклятом царском режиме в Минске не было НИ ОДНОГО казенного заведения, которое бы круглосуточно торговало алкоголем на вынос (о ресторанах и закрытых клубах расскажем далее).

Неглупые наши предки назначали время продажи по такому правилу. Монопольки открывались в 7 часов утра, а в 8 вечера (в уездных городах) или в 10 вечера (в губернских) закрывались. Запрещено было работать алкогольным заведениям в часы воскресных и праздничных храмовых богослужений, а посему в такие дни они открывали двери страждущим лишь в полдень. Правда, в 1909 году Минская дума сделала попытку изменить время работы винных лавок «в смысле открытия их в течение круглого года в 8 часов утра и закрытия в 8 часов вечера», но затем пошла на попятную, ибо «эти заведения дают городу значительный доход, и надо считаться с интересами всего городского населения».

И способен удивить действовавший до революции «Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями». Он предписывал: «За неохранение пьяного, который не мог без очевидной опасности быть предоставлен самому себе, продавцы в питейных заведениях подвергаются денежному взысканию до 5 рублей». В случае же, если пьяного обворуют, изувечат и т. п., то «виновный в несохранении его продавец обязан вознаградить его за убытки и лечить за свой счет».
Фантастика! Кстати, любопытно, а за что отвечают хозяева теперешних алкогольных заведений?..

Оставить комментарий