ПАРЕНЬ ИЗ ЗОЛОТОЙ БУХТЫ

Майкл ГОЛДЕНКОВ: «...наш шоу-бизнес напоминает какой-то утренник, который дети делают сами для себя».

Майкл ГОЛДЕНКОВ известен как бетономешальщик, укладчик, курьер, лаборант, стрелок из лука, работник кухни, стриптизер в американском клубе, автор художественных книг «Щит Рюрика», «Гуано жар-птиццы», автор забавных учебников по английскому языку «Американский пирог» и «Осторожно, хот-дог», участник рок-групп «Целлофановый мешок» и «Танцоры Велеса», а также автор песен и участник группы «Лявоны». Наш корреспондент встретился с Майклом Голденковым, поговорил с ним о «Лявонах», проблемах белорусского шоу-бизнеса, девушках и еще кое о чем…
С Майклом мы встретились в центре Минска и решили спрятаться от назойливой жары в одном из летних кафе. Взяли по бокалу прохладного пива, сделали по одному жадному глотку и заговорили…

– Майкл, «Лявонам» в этом году исполняется уже десять лет. Тем не менее вы сделали не так уж и много…
– Да, ты прав. Просто вышло так, что из этих десяти лет «Лявоны» просуществовали всего лишь года полтора. Группа тогда собралась вместе, начали играть, сняли наш первый клип на песню «Милая дивчина», который тут же стал лидером всех хит-парадов на белорусском телевидении. Тогда «Лявонов» и заметил Мулявин. Он пригласил их к себе в «Песняры». недавно мы собрались вновь.

– Сейчас, насколько я знаю, вы записываете альбом на английском языке. А почему не на белорусском или русском?
– Мы хотим выйти с этим альбомом за пределы Беларуси. Знаю, это будет достаточно сложно, потому что необходимы большие денежные вложения. Но, думаю, прорвемся.

(Сказав это, Майкл допил остатки уже теплого пива и предложил взять еще по бокалу. Первые пол-литра этого животворного напитка уже давали о себе знать…)

– Зачем выходить на европейский музыкальный рынок? – спросил я, держа в руке второй бокал.
– Потому что тут делать нечего, – как-то грустно ответил М. Голденков. – Понимаешь, мы приходим к одному известному белорусскому продюсеру с материалом. Он его слушает и говорит: «Да, ребята, играете вы хорошо. Вот только не то. Белорусам такое никогда не понравится. Вам надо добавить сюда немного народных мотивов, немного русской попсы…». А что значит: никогда не понравится белорусам? А мы что, не белорусы? Мы что, не живем среди белорусов и не понимаем, что им нравится, а что не нравится? Вот мы снимаем клип на песню «Isolation» из нашего нового альбома. Клипа еще нет, а на радио эта песня уже в ротации. Так что, белорусам такая музыка не нравится?!

– В этом, наверное, и заключается главная проблема белорусского шоу-бизнеса?
– Скорее всего. Таких вот продюсеров очень много. Да и весь наш шоу-бизнес напоминает какой-то утренник, который дети делают сами для себя. Какие у нас есть имена? Тиханович и Поплавская, которые были знамениты в 70-х? Ди-джей Бронкс, который известен одной лишь своей песней? Дорофеева, которая вообще из себя ничего не представляет? Новых имен очень мало, да и тех губят. Возьмем хотя бы Смолову. Ведь до «Славянского базара» она была замечательной певицей. Я знаю это, потому что раньше работал с ней: несколько песен ей написал. А после победы на «Славянском базаре» она стала заурядной белорусской певицей, которая ничем не отличается от всех остальных наших артистов…

(Майклу стало грустно, и он отвернулся в сторону, задумался о чем-то. Вдруг на лице появилась прежняя улыбка, его внимание что-то привлекло. Я посмотрел туда, куда смотрел мой собеседник. Там стояла прелестная девушка. Мы с Майклом переглянулись.)

– Вот это ножки! – воскликнул Голденков. – Нет, лето – самая горячая пара. Не из-за температуры, конечно. Ты меня понимаешь…
(Девушка постояла еще немного и исчезла.)

– Так вот, вся проблема нашего шоу-бизнеса в том, что очень много советчиков, которые ни в чем не разбираются. И вот эти люди говорят, что делать, а что не делать. Посмотри хотя бы на наши отборочные туры на «Евровидение». Победитель заранее известен. Но ведь отбирают не самых лучших. Отбирают заслуженных. Вот только заслуженными эти люди считаются лишь в этой стране. То же самое, что на международные соревнования отправлять бегуна, который чаще всех ходил на тренировки, а не того, который быстрее бегает.

(Пиво снова закончилось. Мы решили продолжить, и направились в один из столичных баров. Взяли по сто граммов, нам порезали лимончик. Майкл махнул рюмку наполовину и скривился лимонной ухмылкой.)

– Неужели у нашего шоу-бизнеса нет будущего?
– Будущее есть. Знаешь, порой я сравниваю нашу страну с Ирландией. Такое же небольшое государство: там живет около 4-5 миллионов человек. Нет ни газа, ни нефти, ничего серьезного в Ирландии не производят. Тем не менее эта страна стала, пожалуй, одним из самых крупных культурных экспортеров. Беларусь тоже может стать таким экспортером. Самый лучший, на мой взгляд, вариант – создать в Беларуси своеобразную культурную оффшорную зону. Это принесет нашей стране известность, создаст нам хороший имидж. Но для этого необходимы определенные условия. Создайте несколько студий, куда мог бы прийти человек с улицы и записать альбом за небольшие деньги. Откройте несколько клубов, в которых могли бы выступать малоизвестные группы. Сам увидишь: через год-два качество и количество музыки в этой стране заметно вырастет.

– Кстати, Майкл, откуда у тебя такое имя?
– Ой, это старая история. Началось все еще в классе девятом. Я уже тогда играл на гитаре. После школы мы пошли к кому-то в гости. Сидели там, о музыке разговаривали: у кого какие пристрастия. Моя девушка тогда сказала, что ей больше нравится Майкл. Все подумали о Майкле Джексоне, а оказалось, что она меня имела в виду. Вот после этого казуса все меня и величают Майклом. А с фамилией моей связано много всяких легенд. Одна из них мне больше всех нравится. Дело в том, что если ее написать на английском определенным образом, то получится Goldencove. Golden – это «золотой», а cove – «бухта», получается «золотая бухта». Выходит, что мои предки раньше жили на Аляске. Нажили там много золота, и, скрываясь от преследований, сбежали в Беларусь. Вот так вот романтично.

(После этих слов в бар с гордо поднятой головой зашла девушка. Майкл засмеялся.)
– Что случилось? – спросил я у него.

– А была такая история забавная. Была у меня как-то похожая девушка: так же гордо ходила с поднятой головой. Я ее пригласил в кинотеатр «Москва», а в то время там стояли стеклянные двери. Причем, как у нас любят, не напротив друг друга: чтобы пройти, приходится перемещаться зигзагом. Я как настоящий джентльмен открыл даме первую дверь, пропустил ее вперед. А она, так как двери были стеклянными, не заметила, что следующая находится чуть правее. Так вот с гордо поднятой головой и врезалась в стеклянную стенку. Я тогда не сдержался и рассмеялся. Ничего у меня с ней, естественно, после этого не вышло.

(Интервью было записано на диктофон. Наутро у меня болела голова. У Майкла тоже. Пряником, наверное, отравились…)

1
Оставить комментарий

новее старее большинство голосов
Анонимно

Да Мишка и в иньязе тоже любил хлебнуть пивка и не только! Кстате за 20 лет почти не изменился! Игарка