Депутат Кучинский: «Как бы чего не вышло» - не моя дипломатия

Беседа с депутатом Виктором Кучинским не могла начаться иначе, как с разговора о голодающих коллегах: депутатах Фролове, Парфеновиче и Скребце. Виктор Францевич заметил: «Это бесполезно».

- Почему - бесполезно?
- Протест в виде голодовки, на мой взгляд, крайняя мера, на которую может пойти человек. Но если мои коллеги считают, что так необходимо - это, конечно, их право. Что же касается меня, то я голодать не буду. Я отстаиваю свои взгляды и убеждения другими способами. Для этого есть другие рычаги, которые можно задействовать в Парламенте.

- Но Вы довольно давно двигаете в Парламенте свой законопроект об усилении ответственности должностных лиц Комитета госконтроля за неправомерные применения экономических санкций. До принятия все время не хватает всего ничего голосов. Но ведь все-таки не хватает… Как показывает практика, есть рычаги, но с трудом двигаются. - Но двигаются! Вина и ответственность за неправильное применение санкций должны быть равными. А то получается: проверили предприятие, арестовали счета, в конечном итоге разобрались, что санкции были незаконными. Но время прошло, предприятие не работало, люди разбежались. Кто будет возмещать убытки? Первая задача, которую я преследовал, - озвучить эту проблему. Если проект закона не принят во втором чтении, это не означает, что проблемы нет. А факт, что депутаты его все-таки уже приняли в первом чтении, говорит сам за себя: проблема действительно серьезная.

О депутатском долге

- Депутат - это вообще не профессия. Это призвание. Фактически тебя на работу нанимает не президент (его самого народ избирает на эту должность), тебя на работу нанимают твои избиратели. Они надеются, что человек, который придет в законодательный орган, будет, во-первых, квалифицированно, грамотно принимать решения, а во-вторых, лоббировать интересы своих избирателей. Причем нет разницы, физические это лица или юридические. Например, в Кобрине существует прядильно-ткацкая фабрика. Если интересы этого предприятия обяжут меня поднимать его проблемы на всех уровнях, я это буду делать.

- Да, в последнее время много говорят не столько о развитии экономики, сколько о борьбе за развитие экономики… - В 30-е годы был написан учебник, который назывался «Краткая история ВКПб». Я как-то его читал, из чистого любопытства. Похоже, что классовая борьба, начавшаяся в 1917 году, продолжается и по сей день. Мы по сей день с кем-то боремся. С кем или чем мы должны бороться? Понятно, что со стихийными бедствиями. Но в нормальной жизни бороться не с кем! Человек должен жить спокойно, он должен быть уверен в завтрашнем дне, в том, что его дети будут жить в достатке. А для этого человек должен иметь нормальные условия для работы. Для этого должны быть единые экономические и правовые правила.

Вообще, система функционирования всего государственного аппарата должна быть понятна, доступна и ясна. Чтобы человек, соблюдающий правила, не создавал сам себе этим проблемы. Когда государственная машина будет работать по единым правилам, тогда и проблем будет гораздо меньше.

Когда я говорю, что депутат - призвание, это означает, что человек должен всегда помнить: статус этот - не какая-то привилегия для гражданина, а нагрузка. Морально-этическая, психологическая. Проще всего сидеть и нажимать на кнопки. Всем улыбаться и быть всегда «за».

О человеческом факторе

- А вы готовы к самопожертвованию?
- Я думаю, те четырнадцать с половиной лет, что я работаю в законодательных органах, это подтверждают. Если бы это было как-то по другому, люди бы меня не поддерживали. Приведу простой пример. Позвонила мне мой избиратель-женщина, рассказала, что ее родной брат в РФ попал в автокатастрофу, лежит пока в больнице. Но россияне собираются прекратить его лечение. Я созвонился с Минздравом, подготовил запрос. Реакция Минздрава последовала быстро. Снарядили скорую помощь, привезли его сюда, госпитализировали. Правда, министр здравоохранения давал поручение, чтобы человека положили в Брестскую областную больницу, а оказалось, что он лежит дома и практически умирает. Как я мог на это не отреагировать? Людям нужно понимание, нужно кого-то подтолкнуть, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки. Это называется человеческим фактором. Если есть воля и стержень, сочетающиеся с человеческими качествами, можно рассчитывать на поддержку избирателей.

Хотя, повторюсь, для меня это тяжелый труд. Но я вышел из армейской системы, служба в армии перешла в службу здесь. Я стараюсь ответственно относиться к обращениям избирателей. И к тем вопросам, которые обсуждаются в Палате Представителей.

О караоке и дипломатии

- Мы говорим все время о Вашей работе. Понятно, что у депутата ненормированный график. Но должны же у Вас быть какие-то увлечения?
- Это было бы странно, если бы я сказал, что 24 часа в сутки думаю о работе. Но если кто-то из моих избирателей позвонит мне ночью, я возьму трубку. Хотя, безусловно, у меня есть личная жизнь. У меня есть друзья, я занимаюсь физической культурой, три раза в неделю хожу в тренажерный зал. Играю на баяне, люблю петь под караоке. Не могу сказать, что регулярно посещаю театры, но стараюсь, если есть возможность, ходить на премьеры в Купаловский. Люблю читать историческую литературу, документалистику.

Я нормальный человек. Главное - быть человеком, тогда все будет нормально. Должны быть человеку присущи христианские ценности. Но радикализма я не приемлю.

- Вы говорите, что радикализма не приемлете, но производите впечатление жесткого человека. Жесткая позиция в отстаивании своих взглядов - оптимальная?
- В современной белорусской политике мудрость почему-то заключается в том, что ты всем мило улыбаешься. Ты дипломат. Но о какой дипломатии может идти речь, если тебя ставят перед проблемой спасения человека? Почему я должен быть дипломатичным, когда вижу дикость? Показательный случай: мой избиратель ехал через польскую границу, и у него наши же таможенники конфисковали два мотоциклетных шлема. А потом объяснили, что он должен был их задекларировать, если вообще взялся что-то декларировать. Но ведь таможенник видит, что через границу едет простой работяга, который не разбирается в законодательстве! Так помогите ему, разъясните права. Это же наш человек, а не враг какой-то! Что ж вы хлопаете его за два мотоциклетных шлема? От этого ни государству прока, ни вам, ни этому человеку! Поэтому уже в третий раз говорю: должен присутствовать человеческий фактор. Когда это есть, тогда и проблемы будут разрешаться. А эта дипломатия, «как бы чего не вышло» - не моя дипломатия.

Я - не женоподобное существо

- Что же вообще касается жесткости… Она не сродни жестокости. Жесткость присуща волевым людям, настоящим мужчинам, которые могут думать, оперативно принимать решения и нести за них ответственность. Не хочу уподобляться женоподобному существу в штанах. Я хочу быть нормальным мужиком, мужчиной. А если я такой кому-то не нравлюсь - ради бога.

Я считаю, что если нужна помощь человеку, я должен ее оказать. И если я в Парламенте с чем-то не согласен, буду отстаивать свою точку зрения. У меня нет чувства корпоративности. Я не член партии. Меня избирали мои избиратели, и принимать решения я должен, только руководствуясь своими убеждениями, знаниями и опытом. Считаю, что на сегодняшний день я уже профессионал в политике.

- Просматривала Ваши интервью и заметила, что везде делался акцент на то, что Вы - приверженец идеи вечного самосовершенствования.
- Жизнь заставляет. Закончил Курганское военно-политическое училище, истфак БГУ. Стал депутатом, нужны были познания в юриспруденции - закончил юрфак. Академию управления заканчивал не потому, что было модно. Я не купил себе диплом. Добросовестно ходил на лекции, делал контрольные работы, добросовестно же написал диплом, защитился. Мне не стыдно за свою учебу. И даже горжусь тем, что два раза сумел закончить БГУ.

- Какие песни поете под караоке?
- Мне нравится «Поручик Галицын», «Офицеры», «День Победы» (она в училище была строевой). Мне нравится Пугачева, Малинин. Музыкальная механика не симпатична, предпочитаю «живую» музыку. Тем паче, я пять лет отучился в музыкальной школе по классу баяна.

- Вы говорили, что на 99% не пьете. А как же «собрались мужики» и без рюмки?
- Одно время у меня был стопроцентный сухой закон. Сейчас иногда могу позволить немного коньяку. Водку не пью. У меня никогда не бывает желания выпить. Я вообще считаю, что алкоголь очень вреден для здоровья. И у меня много таких же друзей, как и я. Вообще, не люблю коллективные гуляния. Все эти «ты меня не уважаешь» и «ты отрываешься от коллектива». Не люблю коллективных спаиваний друг друга. И не курю.

- Давайте вспомним что-нибудь из Вашего детства… Хотя, насколько могу припомнить, те, кто вырос в деревне, с трудом вспоминают хорошие или забавные моменты…
- То, что много приходилось работать, не означает, что это были худшие годы моей жизни. У меня сплошь и рядом положительные воспоминания о детстве. Я, например, любил кататься на лошадях. Бабульки сидят на лавочке, а я, десятилетний, стоя на крупе лошади, проезжаю мимо них. Мне нравилось, как они крестились и говорили: «Господи, упадет же, разобьется».

От автора.
Когда Виктор Кучинский выступает в Парламенте, многие его коллеги, думаю, мыслят так же, как бабульки из его детства. «Упадет же, разобьется». Не получит высшего благословления на переизбрание, вообще останется не при делах. Но не похоже, что сам Виктор Францевич этого боится.

Оставить комментарий