ЭДУАРД ЛИМОНОВ: «Мы рождаем новую культуру»

НБП как продукт коллективного творчества

В отличие от Беларуси, у наших восточных соседей есть яркое оппозиционное движение – Национал-большевистская партия. Казалось бы, в XXI веке термин «большевизм» не должен привлекать людей в возрасте 16-30 лет. Однако сплав большевизма с национализмом, подаваемый с «этикеткой» броской атрибутики, как ни странно, не только в состоянии сделать массовым незарегистрированное движение, но и толк­нуть молодежь на радикальные действия, чреватые долгими тюремными отсидками и потерей здоровья.

Еще недавно казавшиеся безобидными шалостями подростков акции (вроде обливания майонезом чиновников) почему-то стали сильно пугать российские власти. А духовные лидеры радикальной российской молодежи заговорили о грядущей революции.

О русском бунте, новых революционерах и культуре тоталитарных режимов в интервью «ЭН» рассуждает известный российский писатель и председатель Национал-большевистской партии Эдуард ЛИМОНОВ.

– «Революция в России – это всегда большая кровь. Ответственность перед нашими детьми требует не допустить крови», – пишет из-за решетки Михаил Ходорковский. Чувствуется, что в первую очередь эти слова обращены к вам…

– Что значит «кровь»? При этом якобы мирном режиме идет война в Чечне, продолжается террор в крупных городах. Почему в Беларуси нет терроризма, в Украине нет? Да потому, что они не участвуют в войне в Чечне! Поэтому мы требуем прекращения этой войны. Тогда и кровь перестанет литься. Однако наше государство упорно не желает мира. Но если вы отказываетесь прекращать войну и положить конец терроризму, то, значит, преследуете какие-то свои цели. Какие? Держать страну в страхе, чтобы оправдать существующий полицейский режим. Мы же пресытились бесконечной государственной ложью, его высокомерием, отвращением к нам, к гражданам. Мы хотим любой другой режим! Но возможность переизбрать у нас отобрали.

– Значит, для смены «проливающего кровь» режима без новой крови не обойтись?
– Это ваши домыслы. Я всего лишь прокомментировал высказывание Ходорковского. Революции происходят или не происходят вне зависимости от желания или нежелания сидящих в тюрьме олигархов. Они случаются или не случаются по ряду объективных причин. Для социального взрыва общество должно отвернуться от власти. Революции в демократических странах – явление крайне редкое, чего нельзя сказать о государствах тоталитарных и авторитарных. Очевидно, что наш режим абсолютист­ский, авторитарный. Потому смещение Путина путем революции – естественный ход истории. На насилие этого государства можно отвечать только такого же качества действиями.

– Сейчас в Киеве многие из тех, кто выходил на Майдан, высказывают недовольство пришедшими на смену Кучме. Мол, разница между старой и новой властью невелика. Не считаете ли вы, что в результате революции на смену одной «дряни» обязательно приходит другая?
– А не надо дряни позволять пользоваться плодами народной революции! Уверяю, что когда к власти придем мы, люди это почувствуют. Они увидят, что у руля наконец-то те, кто не ворует и в первую очередь думает о народе. Что же касается Украины, то изначально было подозрение, что на смену Кучме придут люди примерно того же плана. Как известно, те же Ющенко и Тимошенко некогда занимали в администрации Кучмы высокие должности. Поэтому думайте, товарищи, и не приводите к власти «бывших». У нас, как известно, в кандидаты в президенты собрался экс-премьер Михаил Касьянов. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что при нем будет то же самое. Разве что более «вменяемо».

Впрочем, то, что Ющенко и Тимошенко сейчас делают что-то не то, не означает, что не нужно было выходить на Майдан. Большинство хотело изменений, и народ сказал свое слово.

– Некогда у возглавляемой вами НБП был лозунг «Сталин! Берия! Гулаг!»…
– (Перебивая) Не было у нас никогда такого лозунга. Это была одна из наших «кричалок», с которыми мы выходили на демонстрации. Таких «кричалок» было много. В том числе: «Мы ненавидим правительство», «Хороший буржуй – мертвый буржуй» и т.д. Они были яркие и интересные для нас.

– Сформулирую вопрос иначе. Не считаете ли вы, что российские власти, преследуя инакомыслящих, делают то, что пока невозможно для нацболов?
– Это опять ваши домыслы! Немотивированное насилие – плод безумного сознания. Если государство совершает насилие, то оно должно его глубоко обосновать. Не бывает ничего просто так. Про «Сталин! Берия! Гулаг!» мы давно забыли, и черт знает, сколько уже не используем этот клич (сейчас его используют наши враги). Когда использовали, были молодой организацией. Пробовали то, се. В нас играл порой определенный юношеский экстремизм. Но дальше выкриков дело никогда не доходило. Мы не ведем процессы ученых, Ходорковского. У нас нет ни одного случая, чтобы во время своих акций национал-большевики кого-то избили и т.д. Словом, насилия в нашей политической практике никогда не было.

– И не будет?
– Ну, вот за это я не ручаюсь, поскольку нас сейчас вылавливают, избивают, по отношению к нам вовсю применяют государственное насилие. Примеров масса. По всей территории России. Поэтому мы, естественно, на насилие ответим насилием. Как это будет? Увидите.

– В программе НБП 1994 года (размещена на официальном сайте НБП – прим.авт.) говорится, что «сущность национал-большевизма – испепеляющая ненависть к античеловеческой системе троицы: либерализм/демократия /капитализм»…
– (Перебивает). В 1994 году партия еще не существовала. В основном была газета «Лимонка». В ней горстка интеллектуалов пыталась обозначить идеологию будущей партии. По-настоящему партией мы стали где-то году в 1998. Изначально же мы были горсткой интеллектуалов и немного болтунов. Как и всякая другая политическая организация.

– Значит ли это, что вы отказываетесь от написанного тогда?
– Ни от чего мы не отказываемся! В 1994 году еще ничего не было. Партии не было! Идеологии не было! Мы ведь не коммунистическая партия, идеология которой насчитывает 150 лет. Мы свою идеологию создали с нуля и продолжаем ее создавать и оформлять. Поэтому претензии к газетным строчкам 1994 года неуместны по отношению к политической организации. Повторюсь, тогда была только «Лимонка», задиристая и высказывавшая крайние точки зрения.

– Сейчас вы заявляете демократические принципы…
– (Перебивает) Мы не заявляем демократические принципы. Мы всего лишь считаем, что добиваться своих целей следует парламентским путем. Надо дать свободу СМИ и т.д. Если это невозможно, как в нашем случае, надо идти дальше и искать другие варианты.

– Не мешает политика вашей писательской деятельности?
– Политика и творчество – одно и то же. Как одно может мешать другому? Человек мыслит и высказывает свое мнение о мире, в котором живет. Мои книги по-прежнему издаются достаточно большими для России тиражами.

– Почему тоталитарные государства, такие, как нацистская Германия, СССР, рождали интересные субкультуры, а нынешние авторитаризмы лишь бесконечно копируют прежние «достижения»?
– Да потому, что те идеологии создавались талантливыми людьми. Природа этих режимов в глубине коллективных эмоций. Поэтому, безусловно, в искусстве рождалось нечто интересное. Но идеология среднего человека, удовлетворения его потребностей, доминирующая сейчас в мире, на самом деле не вдохновляющая. Очевидно, в скором времени мы станем свидетелями рождения чего-то нового. И кто знает, может, это новое родится из недр того же движения, которое породило Национал-большевистскую партию. Я надеюсь, что так и будет.

– Стало уже традицией говорить о том, что нынешнее время не рождает великой культуры, писателей…
– По-моему, я пишу крутые книги и многие со мной согласны.

– Кстати, вы автор – всей этой эстетики НБП?
– НБП – коллективное творчество. За 10 лет нашего существования кто только не внес свою контрибуцию! Что-то я, что-то Александр Дугин, что-то Егор Летов. Подробно распространяться о своей роли мне бы не хотелось.

– Встречается мнение, что нацболы прикрывают политическими лозунгами обычное хулиганство. В чем…
– (Перебивает) Да херня это все! Какое обычное хулиганство? Они что, испытывают удовольствие от того, чтобы пойти и сесть на многие годы в тюрьму? Это государство ведет себя, как хулиган и насильник, не давая возможности парламентским путем отстаивать свое мнение. Мы бы с большим удовольствием пошли бы на выборы.

– В чем отличие нацболов от верующих, поливавших краской картины на скандальной выставке «Осторожно! Религия»?
– Отличие одно: мы не поливаем краской картины, а мирно оккупируем общественные приемные государственных учреждений. Методы во всем мире одинаковые. Каким-то образом нужно выражать свою точку зрения на происходящее в стране. Нужно как-то бороться. И если нам не дают это делать на парламентской трибуне, то что прикажете делать?

– Методы выражения недовольства у членов НБП, как представляется, не несут для властей большой угрозы. Откуда тогда столь нервная реакция на ваши акции?
– Кремль впал в истерику и там находится. Мы столько раз жалили, кололи, выставляли в невыгодном свете его обитателей, что им очень хотелось что-нибудь «для нас сделать». Сейчас они даже отказываются от судебных преследований. Все-таки это некоторая процедура, адвокаты, публичность... Но вот 40 наших товарищей, сидящих в тюрьмах за мирную (с книжками Конституции в руках!) оккупацию приемной Администрации президента, до сих пор не судимы. Хотя сидят уже шестой месяц. Власти просто не знают, что с ними делать! Они боятся того народного сочувствия, которое непременно вызовет судебный процесс. Более того, сейчас, возможно, перестанут и сажать. Недавно была акция, во время которой наши ребята перекрыли вход в Кремль. Их скрутили, конечно, но преследование ограничилось присуждением штрафов размером в 500 рублей.
Власть предпочитает теперь выслеживать наших активистов и нападать на них из-за угла.

– Не считаете ли вы, что название вашей партии, как и некоторые ее лозунги, отталкивают от нее часть потенциальных сторонников?
– Да никого по большому счету они не отталкивают! Все это выдумки чистоплюев и дураков, которые всегда найдут причину, чтобы ни в чем не участвовать. Их всегда что-то пугает. Наоборот! К нам идет масса молодых, умных и энергичных людей. И привлекает их именно эта яркая символика, флаги, и именно эти методы борьбы.